Акафист, тропарь и молитвы святой и равноапостольной великой княгине Русской Ольге

Кондак 1

Первоизбранней от всего русскаго рода, славней и равноапостольней угоднице Божией Ольге составим похвалу, яко заре во тьме идолопоклонения светом веры возсиявшей и путь ко Христу всем людем русским показавшей. Ты же, яко имущая дерзновение к прославльшему тя Господу, ограждай нас от всяких бед молитвами твоими, да зовем ти: Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Икос

Ангелов и человеков Творец, времена и лета во Своей власти положивый и судьбы царств и народов по Своей воли управляй, егда восхоте род русский Святым Крещением просветити, тогда, видя благое изволение сердца твоего, призва тя первее в познание Себе, да будеши всем русским людем образ и наставница в Христианстей вере. Сего ради восхваляем тя сице:

Радуйся, русскаго небесе утреннее звездо, от Первозваннаго Апостола на горах Киевских предвозвещенная; радуйся, пречудная леторасле, из нея же велие Правоверия древо на земли нашей возрасте. Радуйся, первоучительнице и просветительнице наша; радуйся, яко тобою познахом покланятися в Троице Творцу. Радуйся, яко тебе ради Пресвятое Имя Господне от всех русских людей прославляется; радуйся, яко и твое преславное имя вкупе с равноапостольным Владимиром во всех пределех мира восхваляется. Радуйся, страны нашея Русския духовное сокровище; радуйся, всея Христовы Церкве преславное украшение. Радуйся, градов Киева и Пскова изрядная доброто; радуйся, людем нашим на враги благая помощнице. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 2

Видяще тя, святая Ольго, яко крин в тернии прозябший: ты бо аще и в роде язычестем рождена еси, обаче закон Божий в сердце твоем написан всегда имела еси, и целомудрие твое яко зеницу ока блюла еси; благодарно поем Дивному во святых Своих Богу: Аллилуиа.

Икос 2

Разумом твоим вся добре ведящи, познала еси, богомудрая Ольго, яко идоли, рукама человеческима сотвореннии, не суть бози, темже, отвергши тыя, потщалася еси познати Бога Истиннаго. Сего ради, похваляюще сицевое твое благоразумие, вопием ти сице: Радуйся, добрая жено, первее всех заблуждение русских людей познавшая и тщету идолопоклонения разумевшая; радуйся, истиннаго Богопознания и Правыя веры усердно искавшая. Радуйся, прежде разумения закона Божия по закону совести праведно жившая; радуйся, прежде приятия Христианския веры дела христианом подобающая творившая. Радуйся, державу твою от нашествия супостат мужественно защитившая; радуйся, в подчиненных ти людех суды праведны творившая. Радуйся, царственною славою на земли и на небеси почтенная; радуйся, яко равноапостольная от Бога прославленная. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 3

Силою благодати Божией движима, потщалася еси, богомудрая Ольго, достигнути Царьграда, идеже зрящи красоту церковнаго благолепия, и послушающи учения словес Божественных, распалялася еси всем сердцем твоим в любовь Христову, благодарственно вопиющи Ему: Аллилуиа.

Икос 3

Имея сердце яко добрую землю, удобь восприяла еси, Ольго, семя Святыя веры, познавши Христа Бога истиннаго. Темже и Крещение Святое прияла еси от руку Патриарха Царьграда иже и предрече ти, яко отныне блажити тя имут русстии сынове. Исполнити убо хотя проречение сие, взываем ти сице: Радуйся, безконечныя пагубы верою избежавшая; радуйся, жизнь вечную во Христе стяжавшая. Радуйся, благодатию Святаго Духа духовно родившаяся; радуйся, разумная горлице, от когтей душепагубного врана излетевшая. Радуйся, под криле Орла Небеснаго прилетевшая; радуйся, множество душ Крещением с собою ко Христу приведшая. Радуйся, с верою несумненною приходящих светом от честных твоих мощей осиявающая; радуйся, душам и телесем тех, яже на пользу, подавающая. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 4

Како можем не удивитися благоразумию твоему, Ольго преблаженная, ибо ты предложение царя еллинов о браце с ним разумно отвергла еси, рекши тому: не брака ради приидох семо, и не соцарствования ради с тобою, но да уневещуся Крещением Безсмертному Жениху Христу Богу: Его же паче всего возлюби душа моя и Ему же отныне во веки не престану воспевати: Аллилуиа.

Икос 4

Услышавши от крестившаго тя Патриарха напутственное слово о чистоте, посте, молитве и о всех добродетелех, христианом подобающих, слагала еси сия в сердцы твоем, делы вся та исполняти обещаваяся. Темже убо по долгу воспеваем ти сице: Радуйся, ниву сердца твоего очистившая от терния душевредных страстей; радуйся, оросившая ю слезами покаяния. Радуйся, яко семя слова Божия в сердцы твоем, яко на земли добрей, укоренися; радуйся, вдовственную твою чистоту непорочно сохранившая. Радуйся, воздержанием и молитвою Богу угодившая; радуйся, милостынею Творца умилостивившая. Радуйся, нищия и убогия потребами снабдившая; Радуйся, просвещение Земли Русския светом Христова учения провидевшая. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 5

Боготканною одеждою Святаго Крещения облекшися, нетленною пищею Пречистаго Тела и Крове Христовы духовно укрепльшися, Ольго преблаженная, не убоялася еси потещи к неверным соотечественником твоим, предком нашим, проповедати им Единаго Истиннаго Бога, Ему же ныне вся Русь, яко едиными усты, воспевает: Аллилуиа.

Икос 5

Видевши, святая Ольго, вся люди земли Русския во идолослужения погруженныя, усердно потщалася еси просветити тыя светом Христовы веры и сотворити я сыны и наследники Царствия Небеснаго. Поминающе убо сицевое твое попечение о них, благодарственно зовем ти: Радуйся, премудрая властительнице народа Русскаго; радуйся, первей христианстей Царице Елене в ревности Божественней подражавшая. Радуйся, и имя тоя во Святем Крещении приявшая; Радуйся, честный крест Христов и святыя иконы из Царьграда во град Киев принесшая. Радуйся, иереи и клирики с собою в Русь приведшая; радуйся, мудрыми твоими глаголы поучавшая люди оставити тму языческаго нечестия и восприяти свет Христианского благочестия. Радуйся, многия русския люди светом веры Христовы просветившая; радуйся, первая от Земли Русския лику святых причтенная. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 6

Проповедником духоносным Апостолом подражавши, Ольго богомудрая, обходила еси грады и веси державы твоея, приводящи, елико мощно бе, люди к вере Христовей и научающи их воспевати Единому в Троице славимому Богу: Аллилуиа.

Икос 6

Утверждая в державе твоей начаток веры Христианския, создала еси храмы Божии во граде Киеве и в стране рождения твоего, при реце Велицей у града Пскова. И тако начаша русские людие прославляти повсюду Христа Бога нашего, тебе же, просветительнице своей, похвальная воспевати: Радуйся, яко от чистаго источника Святыя Соборныя и Апостольския Церкве чистое учение прияла еси; радуйся, идольских требищ и кумиров низложительнице. Радуйся, яко же и Первозванный Апостол, с проповедию Евангелия землю Русскую обходившая; радуйся, на местех проповеди твоея честныя кресты водрузившая и от тех многая знамения и чудеса, уверения ради неверных, силою Божиею содевахуся. Радуйся, яко тобою Всеблагий Господь сыновом русским познание Свое явил есть; радуйся, яко чрез них и прочия многия народы светом веры просветил есть. Радуйся, яко от корене твоего честного Господь святаго равноапостольнаго князя Владимира показал нам есть; радуйся, яко образом жития твоего святый князь Владимир подвигся прияти Христианскую веру. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 7

Хотя избавити сына твоего Святослава от пагубы вечныя, прилежно увещевала еси его оставити почитание идолов и веровати в Бога Истиннаго. Но той не внят матернему наказанию твоему и не восхоте нечестие свое пременити на благочестие. Темже, яко неверный, очуждися жизни вечныя и не сподобися с тобою в Горнем Царствии воспевати: Аллилуиа.

Икос 7

Новое знамение благоволения Своего яви тебе Господь, егда, во образ Пресвятыя Троицы, три пресветлыя луча с небесе облиста на месте дубравне, ихже не точию едина ты зрела еси, но и вси сущии тамо людие видеша, и вкупе с тобою прославиша Триединаго Бога. Мы же, ведуще сбытие проречения твоего о создании на месте оном храма Живоначальныя Троицы и града, ублажаем тя сице: Радуйся, великая Божия угоднице, дара пророчествия сподобльшаяся; радуйся, Трисияннаго Небеснаго света зрительнице. Радуйся, всеблагия воли Божией о просвещении народа Русскаго по Апостоле Андрее первая исполнительнице; радуйся, града Пскова начальная основательнице. Радуйся, всея Русския державы заступнице и покровительнице; радуйся, яко изволением Божиим держава Русская ныне от моря до моря распространися. Радуйся, яко в храмех твоих Безкровную Жертву о людех Богу приносят и хвалу Святей Троице воспевают; радуйся, яко обитателие града Киева и Пскова сугубо тя превозносят и ублажают. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 8

Странствия земнаго течение скончавая, тепле Господа молила еси, Ольго блаженная, да не оставит Он Земли Русския по преставлении твоем во тме неведения пребывати, но да возложит на сердце людем русским обратитися к Богу, да воспоют Ему: Аллилуиа.

Икос 8

Вся объята бывши благодатию Божественною, достохвальная Ольго, мысленными очесы зрела еси просвещение всего народа твоего и пророчески предрекла еси, яко мнози велиции угодницы Божии, яко звезды светлыя, в Земли Русской возсияют, еже и сбыстся изволением и благодатию Всемогущаго Бога. Сего ради по долгу воспеваем ти сице: Радуйся, духовная наша мати, испросившая у Бога просвещение праотцем нашим; радуйся, яко Всеблагий Господь, зря доброту души твоея, тебе ради вся люди русския возлюби. Радуйся, яко тя обрете Христос достоин сосуд, чрез негоже нача изливати благодать Свою Земли Русской; радуйся, яко прозорливо предзрела еси величие и славу державы твоея. Радуйся, яко по проречению твоему, мнози святии от рода нашего возсияша; радуйся, Дома Живоначальныя Троицы устроительнице. Радуйся, молитвами твоими в скорбех и напастех нас заступающая; радуйся, во обстояниих злых Отечество наше сохраняющая и от врагов избавляющая. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 9

Всяких добродетелей исполнна бывши, Ольго блаженная, с молитвою во устех предала еси дух твой в руце Божии, Иже всели тя в Небесныя обители и первую от русских людей сопричте лику равноапостольных угодников Своих. Темже испроси убо и нам у Господа мирную Христианскую кончину, да предадим души наша в руце Христа Бога нашего, поюще Тому хвалебную песнь: Аллилуиа.

Икос 9

Ветии многовещаннии не могут достойно восхвалити тя, Ольго богомудрая: како ты, ни ким же от человек учима и увещеваема, познала еси тщету идолослужения, правыя же веры взыскала еси и, якоже равноапостольная Елена, обрела еси безценный бисер, Христа, Егоже лицезрения на Небеси наслаждаяся ныне, не забуди нас, прелестьми мира сего омрачаемых и о благах вечных забывающих, да, тобою на путь правый наставляеми, взываем ти радостно: Радуйся, добрыми твоими делы и правым ума и сердца изволением приуготовившая себе жилище Божественной благодати; радуйся, яко Сам Дух Святый учитель тебе бысть к познанию Христа Сына Божия. Радуйся, ни киих же знамений и чудес видевшая и во Христа веровавшая; радуйся, совершенную покорность воле Божией показавшая и звавшему тя гласу благодати Святаго Духа послушна явившаяся. Радуйся, с единонадесятаго часа в вертограде Господнем потрудившаяся и мзду с первыми получившая; радуйся, яко умудри тя Господь, честь царскую, богатство и славу, сочетати со смирением христианским. Радуйся, яко сим образом яве показавшая нам, яко блага земныя не суть препятие души боголюбивей к достижению благ Небесных; радуйся, крепостию веры и целомудренною чистотою жития твоего пророчества дар от Бога восприявшая. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 10

Путь спасения сыновом русским устрояя и предсмертное прошение твое исполняя, Всеблагий Господь возрасти во внуце твоем Владимире всеянное тобою семя веры, и чрез него всю Землю Русскую просвети Святым Крещением. Темже убо прославляем тя, Ольго блаженная, яко виновницу просвещения нашего светом Святыя веры, и умильно поем Христу Спасителю нашему: Аллилуиа.

Икос 10

Прияв Святое Крещение, внук твой Владимир потщася изъяти из земли нетленныя, исполненныя чуднаго благоухания мощи твоя, и со Святителем Леонтием и всем множеством народа постави я в церкве Пречистыя Богоматери, и оттоле начаша источатися от них цельбы всяким недугом, притекающим с верою. Сего ради восхваляем тя сице: Радуйся, яко благодать Святаго Духа, в тя вселъшаяся, сотвори в мощех твоих цельбоподательный источник всяким недугом; радуйся, с маловерием к ним приходящих видети я не попускавшая. Радуйся, явлением мощей твоих младенствовавшую Церковь Русскую возвеселившая; радуйся, прославлением их внука твоего Владимира зело обрадовавшая. Радуйся, яко и до ныне благочествии людие Земли Русския славною памятию твоею услаждаются; радуйся, яко твоим к Богу ходатайством вернии люди русские многих благ oт Господа сподобляются. Радуйся, молитвами твоими о просвещении Земли Русския Бога умолившая; Радуйся, вскоре многим великим святым явитися на Земли Русской прорекшая. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 11

Пение умиленное приносим ти, угоднице Божия, и смиренно тя молим: моли о нас Единаго Человеколюбца Бога, да не отвратит лица Своего от нас, недостойных, присно согрешающих и преогорчевающих благость Его, но да накажет нас зде, яко Отец чадолюбивый, онаможе, в будущем веце, да спасет и помилует, яко Судия и Мздовоздаятель праведный, да тако, избавльшеся вечнаго мучения, сподобимся с тобою в райских обителех воспевати Ему: Аллилуиа.

Икос 11

Трисиянным светом осияваема, со всеми святыми предстоиши ныне на Небеси Престолу Царя царствующих, Ольго всеблаженная, и оттуду, яко светозарное светило, просвещаеши всю страну Русскую, разгоняя мрак заблуждений и показуя путь к истинному просвещению и Небесному блаженству. Сего ради прославляюще тя глаголем: Радуйся, путеводительнице, правую стезю к вечному спасению нам показующая; радуйся, мощная споспешнице и укрепительнице проповедников Православныя веры. Радуйся, присная покровительнице благих наставников благотрудящихся на пользу общую; радуйся, крамол и раздоров потребительнице. Радуйся, всех обидимых и неправедно гонимых заступнице; радуйся, скорбящих скорая утешительнице. Радуйся, болящих милостивая исцелительнице; Радуйся, людем нашим помощь молитвами твоими от Бога подавающая. Радуйся, всея страны Русския предстательнице и заступнице. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 12

Благодать Пресвятаго Духа испроси нам, наставнице наша, от Всещедраго Бога и Спаса нашего, вразумляющую и укрепляющую нас в деле спасения, да не безплодно будет в нас всеянное тобою семя Святыя Веры, но да прозябнет и плод сотворит, имже бы возмощи нам питати души наша в будущей вечной жизни, идеже вси святии воспевают Богу: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще твоя многая и преславная благодеяния, явленная стране Русской в просвещении того светом веры Христовой, благодарственно приносим ти, с любовию зовуще сицевая: Радуйся, несокрушимое ограждение Земли Русския, покров и защищение; радуйся, девам русским образ целомудреннаго жития. Радуйся, матерем наставнице законнаго сожития и добраго чад воспитания; радуйся, вдовицам правило спасения. Радуйся, соучастнице на Небеси жребия проповедников веры Христовы; радуйся, усердная о спасении нашем ходатаице. Радуйся, в час смерти нашея о нас к Богу молитвенница; радуйся, по исходе нашем от смертнаго сего телесе помощь и утешение подающая. Радуйся, святая равноапостольная княгине Ольго богомудрая.

Кондак 13

О святая равноапостольная великая княгине Ольго, приими милостивно от нас хвалебное благодарение сие о всех, яже тобою воздаде Господь нам, отцем и праотцем нашим и всей державе Русской, и моли Всеблагаго Бога умножити милость Свою на ны и на роды родов наших, утвердити ны в правоверии и благочестии, хранити же от всех напастей, бед и зол, да сподобимся с тобою, яко чада с материю, во веки воспевати Богу: Аллилуиа. Аллилуиа. Аллилуиа.

(Этот кондак читается трижды, затем икос 1 и кондак 1)

Молитвы к равноапостольной великой княгине Русской Ольге

Молитва первая

О святая равноапостольная великая княгине Ольго, первоугоднице русская, теплая о нас пред Богом ходатаице и молитвеннице. К тебе прибегаем с верою и молимся с любовию: буди нам во всем ко благу помощница и споспешница, и якоже во временней жизни тщалася еси просветити праотцы наша светом Святыя веры и наставити я творити волю Господню, тако и ныне, в Небесней пребывая светлости, благоприятными твоими к Богу молитвами вспомоществуй нам в просвещении ума и сердца нашего светом Евангелия Христова, да преспеваем в вере, благочестии и любви Христове. В нищете и скорби сущия утеши, бедствующим подаждь руку помощи, обидимыя и напаствуемыя заступи, заблудшия вразуми, и испроси нам у Всещедраго Бога вся благая и полезная жизни временней и вечней, да тако благоугодне зде поживше, сподобимся наследия благ вечных в безконечном Царствии Христа Бога нашего, Емуже со Отцем и Святым Духом подобает всякая слава, честь и поклонение всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Молитва вторая

О святая равноапостольная княгине Ольго, приими убо похвалу от нас, недостойных раб Божиих (имена), пред честною твоею иконою молящихся и смиренно просящих: огради нас твоими молитвами и заступлением от напастей и бед, и печалей, и лютых грехов; еще же и от будущих мук избави ны, честно творящия святую память твою и славящия прославльшаго тя Бога, во Святей Троице прославляемаго, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков.

Молитва третья

О, великая угоднице Божия, богоизбранная и богопрославленная, равноапостольная великая княгине Ольго! Ты отринула еси зловерие и нечестие языческое, уверовала еси во Единаго Истиннаго Триипостаснаго Бога, и восприяла еси Святое Крещение и положила еси начало просвещения Земли Российския светом веры и благочестия. Ты еси духовная родоначальнице наша, ты по Христе Спасителе нашем первая виновница просвещения и спасения рода нашего. Ты еси теплая молитвенница и ходатаица о царстве всероссийстем, о царех его, народоправителех, воинстве и о всех людех. Сего ради смиренно молим тя: призри на немощи наша и умоли премилосердаго Царя Небеснаго, да не прогневается на ны зело, яко по немощем нашим по вся дни согрешаем, да не погубит нас со беззаконьми нашими, но да помилует и спасет нас по милости Своей, да всадит в сердца наша спасительный страх Свой, да просветит Своею благодатию ум наш, во еже разумети нам пути Господни, оставити стези нечестия и заблуждений, тщатися же во стезях спасения и истины, неуклоннаго исполнения заповедей Божиих и уставов Святыя Церкве. Моли, блаженная Ольга, Человеколюбца Бога, да пробавит нам великую милость Свою: да избавит нас от нашествия иноплеменных, от внутренних нестроений, мятежей и раздоров, от глада, смертоносных болезней и от всякаго зла: да подаст нам благорастворение воздуха и плодоносие земли, да даст пастырем ревность о спасении пасомых, всем же людем споспешение о еже усердно службы своя исправляти, любовь между собою и единомыслие имети, на благо отечества и Святыя Церкве верне подвизатися, да возсияет свет спасительныя веры в царстве нашем во всех концех его: да обратятся к вере неверующии, да упразднятся вся ереси и расколы, да тако поживше в мире на земли, сподобимся с тобою вечнаго блаженства на небеси, хваляще и превозносяще Бога во веки веков. Аминь.

Тропарь святой равноапостольной княгине Ольге

Тропарь, глас 1

Крилами богоразумия вперивши твой ум, возлетела еси превыше видимыя твари, взыскавши Бога и Творца всяких и Того обретши, паки рождение крещением прияла еси, древа животнаго наслаждающися, нетленна во веки пребываеши, Ольго приснославная.

Кондак, глас 4

Воспоем днесь Благодетеля всех Бога, прославльшего в России Ольгу богомудрую, да молитвами ея подаст душам нашим грехов оставление.

Величание

Величаем тя, блаженная и равноапостольная княгине Ольго, и чтим святую память твою, идолы поправшую и многия люди Российския святым Крещением просветившую.

Величание

Величаем тя, святая равноапостольная княгине Ольго, яко зарю утреннюю в Земли нашей возсиявшую и свет веры Православныя народу своему предвозвестившую.

Источник: http://sv-olga.prihod.ru/saintofhram/view/id/6944

Равноапостольная Княгиня Ольга

во святом крещении Елены

память 11/24 июля

Неизмерима глубина великого и святого таинства крещения! Оно первое в ряду таинств, установленных Самим Господом Иисусом Христом и хранимых Церковью. Через него лежит путь к вечной жизни в благодатном единении с Богом.

Утверждению христианства на Руси при святом равноапостольном великом князе киевском Владимире (память 15/28 июля) предшествовало княжение великой княгини Оль­ги, которую в древности называли корнем правоверия. Блаженная Ольга явилась как заря пред наступлением светлого дня святой веры во Христа — Солнца правды, воссияла подобно луне во мраке ночи, то есть во тьме идолослужения, облегавшей Русскую землю. В период ее правления на Руси успешно насаждались семена веры Христовой. По словам летописца, святая равноапостольная Ольга «во всей Русстей земли первая разорительница кумирским требищам бысть и правоверию основание».

Княгиня Ольга, прославленная мудрым правлением во дни язычества и еще более обращением ее к христианству, которое указала она своему великому внуку, сделалась искони предметом любви народной. Много сохранилось о ней преданий, языческих и христианских, каждое из них проникнуто духом своей веры, и поэтому не должно удивляться, если язычество, думая прославить свою княгиню, яркими чертами изобразило то, что казалось ему первой добродетелью — месть за супруга. Более отрадны предания о первых днях ее юности, которые дышат свежестью чистых нравов славянских — это первое явление св. Ольги на ее высокое поприще.

Равноапостольная Ольга родилась в Псковской земле, ее родословная восходит к Гостомыслу, тому славному мужу, который начальствовал в Великом Новгороде до тех пор, пока по его же совету не был призван от варягов на княжение русское Рюрик с братьями. Принадлежала она, уточняет Иоакимовская летопись, к роду князей Изборских, одной из забытых древнерусских княжеских династий, которых было на Руси в X—XI вв. не меньше двадцати, но которые все были вытеснены со временем Рюриковичами или свелись с ними посредством браков. Она родилась в языческой семье и называлась варяжским именем Хельга, в русском «окающем» произношении — Ольга, Вольга. Женское имя Ольга соответствует мужскому имени Олег, что значит «святой». Хотя языческое понимание святости совершенно отличное от христианского, но и оно предполагает в человеке особый духовный настрой, целомудрие и трезвение, ум и прозорливость. Позднейшие предания называли ее родовым имением весь Выбутскую, в нескольких километрах от Пскова, вверх по реке Великой. Родители блаженной Ольги сумели внушить своей дочери те правила честной и разумной жизни, которых сами держались, несмотря на свое идолопоклонство. Поэтому уже в юности ей были присущи глубокий ум и исключительная в языческой среде нравственная чистота. Богомудрой, мудрейшей в роде называют святую княгиню древние авторы, и именно чистота была той доброй почвой, на которой принесли такой богатый плод семена христианской веры.

Рюрик, умирая, оставил после себя сына своего Игоря еще малолетним отроком, поэтому как Игоря, так и самое княжение до дней совершеннолетия сына Рюрик поручил попечению родственника своего кн. Олега. Собрав значительное войско и имея при себе малолетнего наследника княжения Игоря, он отправился к Киеву. Убив здесь русских князей Аскольда и Дира, незадолго до этого принявших христианство, Олег подчинил себе Киев и стал единовластителем варяго-русских владений, сохраняя княжение для племянника своего Игоря. За время княжения Олега с 882 по 912 гг. Русь превращается в огромное сильное государство, объединяя под властью Киева почти все русские земли вплоть до Новгорода.

Князь же Игорь, достигнув юношеского возраста, занимался охотой. Случилось ему во время охоты по окрестностям Новгорода зайти в пределы Пскова. Выслеживая зверя около веси Выбутской, он увидел на другой стороне реки место, удобное для лова, но не мог туда попасть за неимением лодки. Спустя немного времени Игорь заметил какого-то юношу, плывшего в лодке, и, призвав его к берегу, велел себя перевезти на другую сторону реки. Когда они плыли, Игорь, внимательно всматриваясь в лицо гребца, увидел, что это не юноша, а девица — то была блаженная Ольга. Красота Ольги уязвила сердце Игоря, и он начал прельщать ее словами, склоняя к нечистому плотскому смешению. Однако целомудренная девица, уразумев помыслы Игоря, разжигаемого похотью, пресекла беседу мудрым увещанием: «Зачем смущаешься, князь, замышляя дело неисполнимое? Слова твои обнаружи­вают бесстыдное желание надругаться надо мною, чего да не будет! Прошу тебя, послушайся меня, подави в себе эти нелепые и позорные помышления, которых нужно стыдиться. Вспомни и подумай, что ты князь, а князю для людей должно быть как правителю и судии, светлым примером добрых дел — ты же теперь близок к беззаконию. Если сам ты, побежденный нечистой похотью, будешь совершать злодеяния, то как же будешь удерживать от них других и судить справедливо своих подданных? Оставь такое бесстыдное вожделение, которого гнушаются честные люди; они могут возненавидеть тебя за это, хотя ты и князь, и предать позорному осмеянию. Да и то знай, что, хотя я и одна здесь и бессильна по сравнению с тобой, ты все-таки не одолеешь меня. Но если бы ты даже мог и одолеть меня, то глубина этой реки мне тотчас же будет защитой; лучше мне умереть в чистоте, похоронив себя в сих водах, чем быть поруганным моему девству». Такие уве­щевания к целомудрию образумили Игоря, пробудив чувство стыда. Он молчал, не находя слов для ответа. Так они переплыли реку и расстались. И удивился князь столь выдающемуся разуму и целомудрию юной девицы. Действительно, подобный поступок блаженной Ольги достоин удивления: не зная Истинного Бога и Его заповедей, она обнаружила такой подвиг в защите целомудрия; тщательно охраняя чистоту своего девства, она образумила юного князя, укротив его похоть словами мудрости, достойными ума мужа.

Протекло немного времени. Князь Олег, утвердив престол княжения в Киеве и посадив своих наместников и прочих подчинившихся ему в городах Русской земли, стал искать невесту для князя Игоря. Собрали многих красивых девиц, чтобы среди них найти достойную княжеского чертога, но ни одна из них не полюбилась князю. Ибо в сердце его уже давно был сделан выбор невесты: он велел вызвать ту, которая перевезла его через реку Великую в час ловли в дремучих лесах Пскова. Князь Олег с великой честью привез Ольгу в Киев, и Игорь вступил в брак с нею в 903 году.

С 912 года, после смерти князя Олега, Игорь стал править в Киеве единовластно. В начале своего самостоятельного княжения Игорь вел упорные войны с окрестными народами. Он ходил даже на Константинополь, захватив многие страны Греческой земли, и возвратился из этого похода со многой добычей и славой. Остальные годы своей жизни он проводил в тишине, имея мир с пограничными землями, и богатство стекалось к нему в изобилии, ибо и дальние страны присылали ему дары и дани.

В правление Игоря, лояльно относившегося к христианской религии, вера Христова становится значительной духовной и государственной силой в Русском государстве. Об этом свидетельствует сохранившийся текст договора Игоря с греками 944 года, который включен летописцем в «Повесть временных лет», в статью, описывающую события 6453 (945) года.

Мирный договор с Константинополем должен был утверждаться обеими религиозными общинами Киева: «Русь крещеная», то есть христиане, приводились к присяге в соборном храме святого пророка Божия Илии и «Русь некре­щеная», язычники, клялись на оружии в святилище Перуна Громовержца. И то, что христиане поставлены в документе на первом месте, говорит об их преимущественном духовном значении в жизни Киевской Руси.

Очевидно, в момент, когда договор 944 года составлялся в Царьграде, у власти в Киеве стояли люди, сочувствовавшие христианству, сознававшие историческую необходимость приобщения Руси к животворной христианской культуре. К этому направлению принадлежал, возможно, и сам князь Игорь, официальное положение которого не позволяло ему лично перейти в новую веру, не решив вопроса о крещении всей страны и установления в ней православной церковной иерархии. Поэтому договор был составлен в осторожных выражениях, которые не помешали бы князю утвердить его и в форме языческой клятвы, и в форме присяги христианской.

Князь Игорь не сумел преодолеть косности обычая и остался язычником, поэтому и договор скрепил по языческому образцу — клятвой на мечах. Он отверг благодать крещения и был наказан за неверие. Год спустя, в 945 году, восставшие язычники убили его в Древлянской земле, разорвав между двух деревьев. Но дни язычества и основанного на нем жизненного уклада славянских племен были уже сочтены. Бремя государственного служения возложила на себя, при трехлетнем сыне Святославе, вдова Игоря — великая княгиня киевская Ольга.

Начало самостоятельного правления княгини Ольги связано в летописях с рассказами о грозном возмездии древлянам, убийцам Игоря. Клявшиеся на мечах и веровавшие «только в свой меч», язычники обречены были Божиим судом от меча погибнуть (Мф. 26, 52). Поклонявшиеся, среди прочих обожествленных стихий, огню нашли свое отмщение в огне. Исполнительницей огненной кары Господь избрал Ольгу, оплакивавшую вместе с сыном Святославом своего мужа; плакали и все жители Киева. Древляне же составили следующий дерзкий замысел: они хоте­ли Ольгу, слыша о ее красоте и мудрости, взять в жены своему князю Малу, а наследника тайно умертвить. Таким образом древляне думали увеличить власть своего князя. Они немедленно на ладьях отправили к Ольге двадцать нарочитых мужей, чтобы они просили Ольгу сделаться женою их князя; а в случае отказа с ее стороны им было велено угрозами понуждать ее — пусть, хотя и насильно, станет женою их господина. Посланные мужи водным путем достигли Киева и пристали к берегу. Услыхав о прибытии посольства, княгиня Ольга позвала мужей-древлян к себе и спросила их: «С добрым ли намерением прибыли вы, честные гости?» «С добрым», — отвечали они. «Скажите же, — продолжала она, — зачем именно вы прибыли к нам?» Мужи отвечали: «Нас послала к тебе Древлянская земля с такими словами: Не гне­вайся, что мы убили твоего мужа, ибо он, как волк, расхищал и грабил. А наши князья добрые правители. Нынешний же князь наш без сравнения лучше Игоря: молодой и красивый, он к тому же кроток, любвеобилен и милостив ко всем. Пойдя же за нашего князя, ты будешь нам госпожой и обладательницей Древлянской земли». Княгиня Ольга, скрывая свою печаль и болезнь сердечную по муже, сказала посольству с притворной радостью: «Мне угодны слова ваши, ведь мужа мне уже не воскресить, а оставаться вдовой для меня не беспечально: будучи женщиной, я не в состоянии, как следует, управлять таким княжеством; сын же мой еще малый отрок. Итак, я с охотой пойду за вашего молодого князя; к тому же я еще и сама не стара. Теперь идите, отдохните в ладьях ваших; утром же я позову вас на почетный пир, который устрою для вас, чтобы всем стала известной причина прибытия вашего и мое согласие на ваше предложение; а затем я пойду к князю вашему. Вы же, когда посланные утром придут взять вас на пир, знайте, как вам должно соблюдать при этом честь пославшего вас князя и вашу собственную: вы прибудете на пир таким образом, как прибыли к Киеву, то есть в ладьях, которые понесут киевляне на головах, — пусть все увидят вашу знатность, которой я почитаю вас такой великой честью пред моими людьми». С радостью древляне удалились в свои ладьи. Княгиня же Ольга, мстя за убийство своего мужа, раздумывала, какой бы смертью погубить их. Она приказала той же ночью выкопать глубокую яму во дворе при загород­ном дворце княжеском, в котором находилась и прекрасная палата, приготовленная для пира. Наутро княгиня послала честных мужей звать сватов на пир. Посадив их в маленькие лодочки по одному, киевляне понесли их, надутых пустой гордостью. Когда принесли древлян на двор княжий, Ольга, смотревшая из палаты, приказала бросить их в глубокую яму, приготовленную для этого. Затем, подошедши сама к яме и нагнувшись, спросила: «Угодна ли вам такая честь?» Они кричали: «О, горе нам! Мы убили Игоря и не только не приобрели через это ничего хорошего, но получили еще более злую смерть». И приказала Ольга засыпать их живыми в той яме.

Сделав это, княгиня Ольга немедленно послала своего гонца к древлянам со словами: «Если вы действительно хотите, чтобы я пошла за вашего князя, то присылайте за мной посольство и более многочисленное, и более знатное, чем первое; пусть оно с честью ведет меня к князю вашему; присылайте же послов как можно скорее, пока меня не удержали киевляне». Древляне с великой радостью и поспешностью послали к Ольге пятьдесят знатнейших мужей, начальнейших старейшин земли Древлянской после князя. Когда они пришли в Киев, Ольга велела приготовить для них баню и послала к ним с просьбой: пусть послы после утомительного пути вымоются в бане, отдохнут, а потом уже придут к ней; они с радостью отправились в баню. Когда древляне начали мыться, то сейчас же нарочно приставленные слуги крепко снаружи заложили затворенные двери, обложили баню соломой с хворостом и подожгли; так с баней сгорели старейшины древлянские вместе со слугами.

И снова Ольга отправила к древлянам гонца, извещая о скором своем прибытии на бракосочетание с их князем и приказывая приготовить меда и всякого питья и пищи на том месте, где убит был ее муж, чтобы сотворить прежде второго своего брака по первому своему мужу тризну, то есть поми­нальный пир, по обычаю языческому. Древляне на радости все приготовили в изобилии. Княгиня же Ольга по обещанию своему отправилась к древлянам со многим войском, точно приготовлялась к войне, а не для бракосочетания. Когда Ольга приблизилась к стольному городу древлян Коростеню, последние выступили ей навстречу в праздничных одеждах и приняли ее с ликованием и радостью. Ольга же прежде всего пошла на могилу своего мужа и сильно плакала о нем. Совершив затем по обычаю языческому поминовенную тризну, она повелела насыпать над могилой большой курган. «Я уже не скорблю о первом своем муже, — сказала княгиня, — совершив над могилой его то, что должно было совершить. Наступило время с веселием готовиться ко второму браку с князем вашим». Древляне же спрашивали Ольгу о первых и вторых послах своих. «Они идут вслед за нами по другому пути со всем моим богатством», — отвечала она. После этого Ольга, снявши печальные одежды, облеклась в брачные светлые, свойственные княгине, показывая вместе с тем радостный вид. Она повелела древлянам есть, пить и веселиться, а своим людям приказала, чтобы они прислуживали им, едя с ними, но не упивались. Когда же древляне напились, княгиня велела своим людям заранее приготовленным оружием — мечами, ножами и копьями — избивать их, и убитых пало до пяти тысяч и более. Так Ольга, смешав веселье древляне с кровью и отомстивши этим за убийство своего мужа, возвратилась в Киев.

На другой год Ольга, собравши войско, пошла на древлян с сыном своим Святославом Игоревичем, и его привлекая к отмщению за смерть отца. Древляне вышли им навстречу с немалой воинской силой; сойдясь вместе, обе стороны ожес­точенно бились, пока киевляне не одолели древлян, которых и гнали до их стольного города Коростеня, предавая смерти. Древляне затворились в городе, и Ольга целый год неотступно осаждала его. Видя же, что трудно взять город приступом, мудрая княгиня придумала такую хитрость. Она послала сказать древлянам, затворившимся в городе: «Зачем, безумные, хотите уморить себя голодом, не желая мне покориться? Ведь все остальные города ваши мне выразили покорность: жители их уплачивают дань и живут спокойно в городах и селах, обрабатывая свои нивы». «Мы хотели бы тоже, — отвечали затворившиеся, — покориться тебе, да боимся, как бы ты не стала снова мстить за князя своего». Ольга же отправила к ним второго посла со словами: «Я уже неоднократно мстила и на старейшинах, и на прочих людях ваших; и теперь желаю не мести, но требую от вас дани и покорности». Древляне согласились уплачивать ей дань, какую она захочет. Ольга предложила им: «Я знаю, что вы сейчас обнищали от войны и не можете уплатить мне дани ни медом, ни воском, ни кожами, ни другими годными для торговли вещами. Да я и сама не хочу отягощать вас большой данью. Дайте мне какую-нибудь малую дань в знак вашей покорности, хотя бы по три голубя и по три воробья от каждого дома». Древлянам дань эта настолько показалась ничтожной, что они даже насмехались над женским разумом Ольги. Однако же они поспешили собрать от каждого дома по три голубя и воробья и послали ей с поклоном. Ольга сказала пришедшим к ней из города мужам: «Вот, вы теперь покорились мне и сыну моему, живите же в мире, завтра я отступлю от города вашего и отправлюсь домой». С этими словами она отпустила помянутых мужей; все жители города сильно обрадовались, услыхав о словах княгини. Ольга же раздала птиц своим воинам с приказанием, чтобы поздним вечером каждому голубю и каждому воробью привязан был лоскут, пропитанный серой, который следовало зажечь, и пустить всех птиц на воздух вместе. Воины исполнили это приказание. И птицы полетели в город, из которого были взяты: каждый голубь влетал в свое гнездо и каждый воробей — в свое место. Тотчас город загорелся во многих местах, а Ольга в это время отдала своему войску приказ окружить город со всех сторон и начать приступ. Население города, спасаясь от огня, выбегало из-за стен и попадало в руки неприятеля. Так взят был Коростень. Много людей из древлян погибло от меча, другие с женами и детьми сгорели в огне, а иные утонули в реке, протекавшей под городом; в это же время погиб и князь древлянский. Из оставшихся в живых многие отведены были в плен, а другие оставлены княгиней на местах их жительства, причем она наложила на них тяжкую дань. Так княгиня Ольга отомстила древлянам за убийство своего мужа, подчинила себе всю Древлянскую землю и со славой и торжеством возвратилась к Киеву.

И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. Великая княгиня объезжала Русскую землю с целью упорядочения гражданской и хозяйственной жизни народа, и летописи полны свидетельств о ее неустанных «хождениях». Добившись внутреннего укрепления власти киевского великого князя, ослабив влияние мешавших собиранию Руси мелких местных князей, Ольга централизовала все государственное управление с помощью системы «погостов», которые, являясь финансово-административными и судебными центрами, представляли прочную опору великокняжеской власти на местах. Позже, когда Ольга стала христианкой, по погостам стали воздвигать первые храмы; со времени крещения Руси при святом Владимире погост и храм (приход) стали неразрывными понятиями (лишь впоследствии от существовавших возле храмов кладбищ развелось словоупотребление «погост» в смысле кладбище).

Много трудов приложила княгиня Ольга для усиления оборонной мощи страны. Города застраивались и укреплялись, обрастали каменными и дубовыми стенами (забралами), ощетинивались валами, частоколами. Сама княгиня, зная, сколь враждебно относились многие к идее укрепления княжеской власти и объединения Руси, жила постоянно «на горе», над Днепром, за надежными забралами киевского Вышгорода (Верхнего города), окруженная верной дружиной. Две трети собранной дани, по свидетельству летописи, она отдавала в распоряжение киевского веча, третья часть шла «к Ользе, на Вышгород» — на нужды ратного строения. Ко времени Ольги историки относят установление первых государственных границ России — на западе, с Польшей. Богатырские заставы на юге сторожили мирные нивы киевлян от народов Дикого Поля. Чужеземцы спешили в Гардарику («страну городов»), как называли они Русь, с товарами и рукодельями. Шведы, датчане, немцы охотно вступали наемниками в русское войско. Ширились зарубежные связи Киева. Это способствовало развитию каменного строительства в городах, начало которому положила княгиня Ольга. Первые каменные здания Киева — городской дворец и загородный терем Ольги — лишь в нашем веке были разысканы археологами (дворец, точнее его фундамент и остатки стен были найдены и раскопаны в 1971—1972 гг.).

Во всех делах управления великая княгиня Ольга обнаруживала дальновидность и мудрость. Для врагов была она страшна, своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судья праведный и никого не обидящий. Она внушала злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков. При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательница к нищим, убогим и малоимущим; до ее сердца быстро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла. Все дела ее, несмотря на ее пребывание в язычестве, были угодны Богу, как достойные благодати христианской. Со всем этим Ольга соединяла воздержную и целомудренную жизнь: она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела княжения, а сама, устранившись от молвы и попечений, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения.

Наступило время благоприятное, в которое Господь восхотел славян, ослепленных неверием, просветить светом святой веры, привести в познание истины и наставить на путь спасения. Начатки этого просвещения Господь благоизволил в посрамление жестокосердых мужей явить в немощном женском сосуде, то есть через блаженную Ольгу. Ибо как прежде проповедниками Своего воскресения Он соделал жен-мироносиц и Свой Крест честный, на котором распялся, явил миру из недр земных женой-царицей Еленой (память 21 мая/3 июня), так и потом в земле Русской изволил насадить веру святую дивной женой, новой Еленой — княгиней Ольгой. Господь избрал ее как «честный сосуд» для Пресвятого имени Своего — да пронесет она Его в земле Русской. Он возжег в сердце зарю невидимой благодати Своей, отверз ее умные очи к познанию Истинного Бога, Которого она еще не знала. Она уже уразумела обольщение и заблуждение языческого нечестия, убедившись, как в истине самоочевидной, в том, что чтимые безумными людьми идолы — не боги, но бездушное произведение рук человеческих; поэтому она не только не почитала их, но и гнушалась ими. Как купец ищет многоценный жемчуг, так Ольга от всей души искала правого богопочитания.

История не сохранила имен первых христианских наставников святой Ольги, вероятно потому, что обращение блаженной княгини ко Христу связывали с Божественным вразумлением. Один из древних текстов говорит об этом так: «О дивство! Сама не ведуще Писания, ни закона христианскаго и учителя о благочестии не слыша, а нравом благочестия усердно поучашася и веру христианскую от всея души возлюбив. О неизреченнаго Промысла Божия! Не от человек блаженная научашася истине, но свыше учителя име Божию Премуд­рость». Ко Христу святая Ольга шла через поиски истины, ища удовлетворения для своего пытливого ума; древний философ называет ее «богоизбранной рачительницей премудрости». Преподобный Нестор Летописец повествует: «Блаженная Ольга с малых лет искала мудрости, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг — Христа».

По смотрению Божию княгиня Ольга услышала от некоторых людей, что есть Бог Истинный, Творец неба, земли и всего создания, в Которого и веруют греки; кроме же Его нет иного бога. Такими людьми, как предполагает известный историк Е. Е. Голубинский, были варяги-христиане, которых много находилось среди дружины князя Игоря. И Ольга обратила внимание на этих варягов новой веры; со своей стороны и сами варяги мечтали сделать ее своей сторонницей, рассчитывая, что она была женщина не просто с большим умом, но с умом именно государственным. Поэтому то, что христианство стало верой почти всех народов Европы, и во всяком случае есть вера народов между ними лучших, и то, что и между собственными ее сородичами (варягами) началось сильное движение к христианству, по примеру других народов, не могло не подействовать на ум Ольги, делая для нее необходимым заключение, что у людей лучших и вера должна быть лучшей. И стремясь к истинному богопознанию и от природы не будучи ленивой, Ольга захотела сама сходить к грекам, чтобы своими глазами посмотреть на службу христианскую и вполне убедиться в их учении об Истинном Боге.

К этому времени Русь возросла в великую державу. Княгиня завершила внутреннее устроение земель. Русь была крепка и могущественна. Лишь два европейских государства могли в те годы соперничать с ней в значении и мощи: на востоке Европы — древняя Византийская империя, на западе — королевство саксов. Опыт обеих империй, обязанных своим возвышением духу христианского учения, религиозным основам жизни, показывал ясно, что путь к будущему величию Руси лежит не только через военные, но, прежде всего, и преимущественно через духовные завоевания и достижения.

Мечом своим Русь постоянно «задевала» соседнюю Византию, испытывала еще и еще раз не только военно-материальную, но и духовную силу православной империи. Но за этим скрывалась некая устремленность Руси к Византии, искреннее восхищение ею. Отношение Византии к Руси было иным. В глазах империи Русь являлась не первым и не единственным «варварским» народом, плененным ее красотой, богатством и духовными сокровищами. Гордая Византия с нескрываемым раздражением смотрела на новый «полудикий» народ, дерзнув­ший причинить ей большие беды и стоявший в представлении императорского двора на самой низкой ступени дипломатической иерархии государств и народов. Отбиться, откупиться от него, а по возможности и превратить в послушного подданного и слугу, — вот основная линия отношения империи к молодому государству руссов. Но Русская земля, готовая принять Православие, исповедуемое и в дивной красоте являемое Греческой Церковью, вовсе не намерена была склонить свою голову под иго. Русь пыталась и отстоять свою независимость, и установить теснейший союз с Византией, но такой, в котором она заняла бы главенствующее положение. Не знала тогда превозносившаяся империя, что Русь своего добьется! Ибо Промысл Божий именно Руси (и, может быть, как раз за сокровенную искренность любви) определил стать исто­рической преемницей Византии, унаследовать ее духовные богатства, политическое могущество и величие.

С естественным желанием побывать в Византии великая княгиня Ольга соединяла и серьезные государственные интересы. Признание Руси, повышение ее статуса в иерархии союзников Византии, а следовательно повышение престижа в глазах остального мира, — вот что было особенно важно для мудрой Ольги. Но достичь этого можно было только принятием христианства, ибо в те времена доверие между государствами Европы устанавливалось на основе религиозной общности. Взяв с собою особо знатных мужей и купцов, великая княгиня Ольга летом 954 (955) года отправилась с большим флотом в Царьград. Это было мирное «хождение», сочетавшее задачи религиозного паломничества и дипломатической миссии, но политические соображения требовали, чтобы оно стало одновременно проявлением военного могущества Руси на Черном море и напомнило гордым «ромеям» о победоносных походах князей Аскольда и Олега, прибившего в 907 году свой щит «на вратах Цареграда». И результат был достигнут. Появление русского флота на Босфоре создало необходимые предпосылки для развития дружеского русско-византийского диалога.

С великой честью была принята русская княгиня императором Константином VII Багрянородным (913—959) и патриархом Феофилактом (933—956), которым вручила многие дары, достойные таких лиц. Для высокой русской гостьи были не только соблюдены дипломатические приемы, но сделаны и особые отступления от них. Так, вопреки обычным правилам двора, кн. Ольга принималась не вместе с послами из других государств, а отдельно от них.

В то же время императору удалось отразить в церемониалах приема и то «расстояние», которое отделяло русскую княгиню от повелителя Византии: кн. Ольга больше месяца жила на корабле в Суду — гавани Константинополя, прежде чем состоялся первым прием во дворце 9 сентября. Шли долгие утомительные переговоры о том, как, с какими церемониями должна быть принята русская княгиня. При этом большое значение церемониалу придавала прежде всего сама кн. Ольга, добивавшаяся признания высокой престижности Русского государства и своей лично как правительницы его. В Константинополе Ольга поучалась вере христианской, ежедневно с усердием внимая словам Божиим и присматриваясь к великолепию богослужебного чина и к другим сторонам христианской жизни. Она присутствовала за богослужением в лучших храмах: Святой Софии, Влахернской Богоматери и других. И южная столица поразила суровую дочь Севера благочинием богослужений, богатством христианских храмов и собранных в них святынь, разнообразием красок, великолепием архитектуры.

Сердце мудрой Ольги открылось святому Православию, и она приняла решение стать христианкой. По свидетельству летописца, таинство крещения совершил над ней патриарх Константинопольский Феофилакт, а восприемником был сам император Константин Багрянородный. Ей было наречено в крещении имя Елена, в честь святой равноапостольной Елены. В назидательном слове, сказанном по совершении обряда, патриарх сказал: «Благословенна ты в женах русских, ибо оставила тьму и возлюбила Свет. Благословят тебя русские люди во всех грядущих поколениях, от внуков и правнуков до отдаленнейших потомков твоих». Он наставил ее в истинах веры, церковном уставе и молитвенном правиле, изъяснил заповеди о посте, целомудрии и милостыне. «Она же, — говорит преподобный Нестор Летописец, — склонила голову и стояла, словно губа напаяемая, внимая учению, и, поклонившись патриарху, промолвила: «Молитвами твоими, владыко, да сохранена буду от сетей вражеских». После этого новокрещеная княгиня еще раз посетила патриарха, поведав свою скорбь: «Люди мои и сын мой язычники…» Патриарх ободрил, утешил ее и благословил. Затем блаженная Ольга приняла от него честный крест, святые иконы, книги и прочие потребные для богослужения вещи, а также пресвитеров и клириков. И удалилась святая Ольга из Константинополя к себе домой с великой радостью.

Такого ненавистника русских, каким был император Константин Багрянородный, не просто было заставить сделаться крестным отцом русской княгини.

В летописи сохранились рассказы о том, как решительно и на равных разговаривала Ольга с императором, удивляя греков духовной зрелостью и государственной мудростью, показывая, что русскому народу как раз под силу воспринять и умножить высшие свершения греческого религиозного гения, лучшие плоды византийской духовности и культуры. Так святой Ольге удалось мирным путем «взять Царьград», чего до нее не смог сделать ни один полководец. Великая княгиня достигла чрезвычайно важных результатов. Она была с почестями крещена в столице Византии (в храме Святой Софии — главном соборном храме Вселенской Церкви того времени). При этом она получила как бы благословение на апостольскую миссию в своей земле. Кроме того, глава русского государства получает от императора титул «дочери», ставящий Русь в «самый высокий ранг дипломатической иерархии государств после самой Византии». Титул совпадает с христианским положением Ольги-Елены как крестной дочери императора. И вот в этом, по свидетельству летописи, сам император вынужден был признать, что «переклюкала» (перехитрила) его русская княгиня. И в своем сочинении «О церемониях византийского двора», дошедшем до нас в единственном списке, Константин Багрянородный оставил подробное описание церемоний, сопровождавших пребывание святой Ольги в Константинополе. Он описывает торжественный прием в знаменитой палате Магнавре, и переговоры в более узком кругу в покоях императрицы, и парадный обед в зале Юстиниана, где по стечению обстоятельств промыслительно встретились за одним столом четыре «государственных дамы»: бабушка и мать святого равноапостольного Владимира (святая Ольга и ее спутница Малуша) с бабушкой и матерью его будущей супруги Анны (императрица Елена и ее невестка Феофано). Пройдет немногим более полувека и в Десятинном храме Пресвятой Богородицы в Киеве будут рядом стоять мраморные гробницы святой Ольги, святого Владимира и блаженной царицы Анны.

Во время одного из приемов, рассказывает Константин Багрянородный, русской княгине было поднесено золотое, украшенное камнями блюдо. Святая Ольга пожертвовала его в ризницу Софийского собора, где его видел и описал в начале XIII века русский дипломат Добрыня Ядрейкович, впоследствии архиепископ Новгородский Антоний: «Блюдо велико злато служебное Ольги русской, когда взяла дань, ходивши в Царьград; во блюде же Ольжине камень драгий, на том же камени написан Христос».

Что касается непосредственно дипломатического исхода переговоров, у святой Ольги были основания остаться недовольной ими. Добившись успеха в вопросах о русской торговле в пределах империи и подтверждении мирного договора с Византией, заключенного Игорем в 944 году, она не смогла, однако, склонить императора к двум главным для Руси соглашениям: о династическом браке Святослава с византийской царевной и об условиях восстановления существовавшей при кн. Аскольде православной митрополии в Киеве. Ее недовольство исходом миссии явственно звучит в ответе, который она дала, уже по возвращении на родину, присланным от императора послам. На вопрос императора относительно обещанной военной помощи святая Ольга через послов резко ответила: «Если ты так же постоишь у меня в Почайне, как я в Суду, то тогда дам тебе воев в помощь». Великая русская княгиня ясно дала понять Византии, что империя имеет дело с могучим независимым государством, международный престиж которого теперь сама же империя и возвысила на виду у всего света!

Вернувшись из Константинополя в Киев, новая Елена — княгиня Ольга — начала христианскую проповедь. Многое зависело от того, обратится ли ко Христу ее сын Святослав, который должен был вот-вот принять бразды правления государством. И с него то, согласно летописи, начала равноапостольная княгиня свою проповедь.

Но никак не могла она привести его в истинный разум, к познанию Бога. Всецело отдавшийся военным предприятиям, не хотел Святослав и слышать о святом крещении, но креститься никому не возбранял, а только смеялся над новокрещеными, потому что для неверных, не ведающих славы Господней, вера христианская казалась безумием, по слову апостола: Мы проповедуем Христа Распятого, для иудеев соблазн, для еллинов безумие, потому что немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков (1 Кор. 1, 23, 25). Часто говорила блаженная Ольга князю Святославу: «Сын мой, я познала Бога и радуюсь духом. Если и ты Его познаешь, и ты радоваться будешь». Но он не хотел внимать матери, продолжая следовать обычаям языческим, и говорил ей: «Что скажет о мне дружина моя, если изменю вере отцов? Она надо мною ругаться будет». Тяжки были такие речи для матери, но она справедливо заметила сыну: «Если ты крестишься, то и все сделают то же». Это была первая в история попытка устроить всеобщее крещение Руси. Святослав не мог возразить и потому, как сказано в летописи, «гневался на мать».

Не только боязнь насмешек удерживала его, но и собственное «желание жить по языческим обычаям». Войны, пиры, забавы, далекие походы, жизнь по похотям сердца и плоти — вот что владело душой Святослава. Во всем этом отчаянно храбрый, умный, широкий душой Святослав хотел найти полноту жизни. Но мать знала, что подлинной радости это не принесет его душе, глубоко скорбела о нем и о Русской земле и говаривала: «Да будет воля Божия; если захочет Бог помиловать род сей и землю Русскую, то вложит им в сердце то же желание обратиться к Богу, что даровал и мне». И с теплой верой молилась она день и ночь о сыне и о народе, чтобы просветил их Господь, какими ведает судьбами. А между тем, будучи не в силах умягчить сердце Святослава, она старалась посеять семена христианства в трех своих малолетних внуках — Ярополке, Олеге и Владимире, которых оставлял ей отец-воитель. Святое семя сие в свое время принесло благоприятный плод, укоренившись в сердце юного Владимира.

Несмотря на неудачу стараний об учреждении на Руси церковной иерархии, святая Ольга, став христианкой, ревностно предавалась подвигам христианского благовестия среди язычников и церковного строительства; «требища бесовская сокруши нача жити о Христе Иисусе». Для увековечения памяти первых русских исповедников имени Христова великая княгиня воздвигла Никольский храм над могилой Аскольда и заложила деревянный собор над могилой Дира во имя Святой Софии Премудрости Божией, освященный 11 мая 960 года. Этот день впоследствии отмечался в Русской Церкви как особенный церковный праздник. В месяцеслове пергаменного Апостола 1307 года под 11 мая записано: «В тот же день освящение Святой Софии в Киеве в лето 6460». Дата памяти, по мнению церковных историков, указана по так называемому «антиохийскому», а не по общепринятому константинопольскому летоисчислению и соответствует 960 году от Рождества Христова.

Недаром русская княгиня Ольга получила в крещении имя святой равноапостольной Елены, обретшей Честное Древо Креста Христова в Иерусалиме. Главной святыней новосозданного Софийского храма стал святой восьмиконечный крест, принесенный новой Еленой из Царьграда и полученный ею в благословение от Кон­стантинопольского патриарха. Крест, по преданию, был вырезан из цельного куска Животворящего Древа Господня. На нем была надпись: «Обновися Русская земля святым крестом, его же прияла Ольга, благоверная княгиня». Крест и другие христианские святыни благодатью, от них исходящей, содействовали просвещению Русской земли.

Софийский собор, простояв полвека, сгорел в 1017 году. Ярослав Мудрый на этом месте построил позже, в 1050 году, церковь святой Ирины, а святыни Софийского Ольгина храма перенес в каменный храм того же имени — до ныне стоящую Софию Киевскую, заложенную в 1017 году и освященную около 1030 года.

В Прологе XIII веке об Ольгином кресте сказано: «Иже ныне стоит в Киеве во Святой Софии в алтаре на правой стороне». Разграбление киевских святынь, продолженное после монголов литовцами, которым город достался в 1341 году, не пощадило и его. При Ягайле в период Люблинской унии, объединившей в 1384 году Польшу и Литву в одно государство, Ольгин крест был похищен из Софийского собора и вывезен католиками в Люблин. Дальнейшая судьба его неизвестна.

Затем с проповедью святой веры святая княгиня отправилась на север. Она посетила Великий Новгород и другие города, всюду, где только было можно, приводя людей ко Христовой вере, при этом сокрушала идолов, поставляла на их месте честные кресты, от которых для уверения язычников содело­вались многие знамения и чудеса. Придя на родину, в Выбутскую весь, блаженная Ольга простерла и здесь слово проповеди христианской к близким ей людям. Во время пребывания в этой стороне она достигла берега реки Великой, текущей с юга на север, и остановилась против того места, где в реку Великую впадает река Пскова, текущая с востока (в то время на этих местах рос большой дремучий лес). И вот святая Ольга с того берега реки увидела, что с востока на это место, озаряя его, сходят с неба три пресветлых луча. Чудный свет от этих лучей видела не только святая Ольга, но и спутники ее; и сильно обрадовалась блаженная и возблагодарила Бога за видение, которое предуказывало на просвещение благодатью Божией той стороны. Обратившись к сопровождавшим ее лицам, блаженная Ольга сказала пророчески: «Да будет вам ведомо, что изволением Божиим на этом месте, озаряемом трисиятельными лучами, возникнет церковь во имя Пресвятой и Живоначальной Троицы и создастся великий и славный город, изобилующий всем». После этих слов и довольно продолжительной молитвы блаженная Ольга поставила крест; и доныне молитвенный храм стоит на месте, где блаженная Ольга его водрузила.

Обойдя многие города земли Русской, проповедница Христова возвратилась в Киев и здесь для Бога явила благие дела. Вспомнив о видении на реке Пскове, она послала много золота и серебра на создание церкви во имя Святой Троицы, повелела населять то место людьми. И в короткое время разросся город Псков, так названный от реки Псковы, в великий город, и прославлялось в нем имя Пресвятой Троицы.

Молитвы и труды святой равноапостольной Ольги принесли богатые плоды: христианство на Руси стало быстро распространяться и укрепляться. Но ему противодействовало язычество, утвердившееся как господствующая (государствен­ная) религия. Среди бояр и дружинников в Киеве нашлось немало людей, которые, по слову Соломона, «возненавидели Премудрость», как и святую княгиню Ольгу, строившую Ей храмы. Ревнители языческой старины все смелее поднимали голову, с надеждой взирая на подраставшего Святослава, решительно отклонившего уговоры матери принять христианство и даже гневавшегося на нее за это. Нужно было спешить с задуманным делом крещения Руси. Коварство Византии, не пожелавшей дать Руси христианство, было на руку язычникам.

В поисках решения святая Ольга обращает взоры на Запад. Никакого противоречия здесь нет. Святая Ольга (+969) принадлежала еще к нераздельной Церкви и вряд ли имела возможность вникать в богословские тонкости греческого и латинского вероучения. Противостояние Запада и Востока представлялось ей прежде всего политическим соперничеством, второстепенным по сравнению с насущной задачей — созданием Русской Церкви, христианским просвещением Руси.

Под 959 годом немецкий хронист, именуемый «продолжителем Регинона», записывает: «Пришли к королю послы Елены, королевы руссов, которая крещена в Константинополе, и просили посвятить для сего народа епископа и священников». Король Оттон, будущий основатель Германской империи, охотно откликнулся на просьбу Ольги, но повел дело не спеша, с чисто немецкой основательностью. Лишь на Рождество следующего 960 года епископом Русским был поставлен Либуций, из братии монастыря святого Альбана в Майнце. Но он вскоре умер (15 марта 961 г.). На его место был посвящен Адальберт Трирский, которого Оттон, «щедро снабдив всем нужным», отправил наконец в Россию. Трудно сказать, что случилось бы, не промедлив король так долго, но когда в 962 г. Адальберт появился в Киеве, он «не успел ни в чем том, за чем был послан, и видел свои старания напрасными». Хуже того, на обратном пути «некоторые из его спутников были убиты, и сам епископ не избежал смертельной опасности».

Оказалось, что за прошедшие два года, как и предвидела Ольга, в Киеве совершился окончательный переворот в пользу сторонников язычества, и, не став ни православной, ни католической, Русь вообще раздумала принимать христианство. Языческая реакция проявилась настолько сильно, что пострадали не только немецкие миссионеры, но и некоторые из киевских христиан, крестившихся с Ольгой в Царьграде. По приказу Святослава был убит племянник святой Ольги Глеб и разрушены некоторые построенные ею храмы. Разумеется, здесь не обошлось без византийской тайной дипломатии: настроенные против Ольги и встревоженные возможностью усиления Руси за счет союза с Оттоном, греки предпочли поддержать язычников.

Провал миссии Адальберта имел промыслительное значение для будущего Русской Православной Церкви, избежавшей папского пленения. Святой Ольге оставалось смириться с происшедшим и полностью уйти в дела личного благочестия, предоставив бразды правления язычнику Святославу. С ней по-прежнему считались, к ее государственной мудрости неизменно обращались во всех трудных случаях. Когда Святослав отлучался из Киева — а он большую часть времени проводил в походах и войнах, — управление государством вновь вручалось княгине-матери. О крещении Руси уже не могло быть и речи, и это, конечно, огорчало святую Ольгу, считавшую Христово благочестие главным делом своей жизни.

Великая княгиня кротко переносила скорби и огорчения, старалась помогать сыну в государственных и военных заботах, руководить им в героических замыслах. Победы русского оружия были для нее утешением, особенно разгром давнего врага Русского государства — Хазарского каганата. Дважды, в 965 и в 969 гг., прошли войска Святослава по землям «неразумных хазаров», навсегда сокрушив могущество иудейских властителей Приазовья и Нижнего Поволжья. Следующий мощ­ный удар был нанесен по мусульманской Волжской Болгарии, потом пришла очередь Болгарии Дунайской. 80 городов по Дунаю было взято киевскими дружинами. Одно беспокоило Ольгу: как бы, увлекшись войной на Балканах, Святослав не забыл о Киеве.

Весной 969 года Киев осадили печенеги: «и нельзя было вывести коня напоить, стояли печенеги на Лыбеди». Русское войско было далеко на Дунае. Послав к сыну гонцов, святая Ольга сама возглавила оборону столицы. Святослав, получив известие, вскоре прискакал в Киев, «приветствовал мать свою и детей и сокрушался, что случилось с ними от печенегов». Но, разгромив кочевников, воинствующий князь вновь стал говорить матери: «Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае — там середина земли моей». Святослав мечтал о создании огромной русской державы от Дуная до Волги, которая объединила бы Русь, Болгарию, Сербию, Причерноморье и Приазовье и простерла бы свои пределы до самого Царьграда. Мудрая Ольга понимала, что при всем мужестве и отваге русских дружин им не справиться с древней империей ромеев, Святослава ждала неудача. Но сын не слушал предостережений матери. Блаженная же Ольга со слезами говорила ему: «Зачем оставляешь меня, сын мой, и куда ты идешь? Ища чужого, кому поручаешь свое? Ведь дети твои еще малы, а я уже стара, да и больна. Я ожидаю скорой кончины — отшествия к возлюбленному Христу, в Которого верую. Теперь ни о чем не беспокоюсь, как только о тебе: сожалею о том, что хотя я и много тебя учила и убеждала оставить идольское нечестие, уверовать в Истинного Бога, познанного мною, а ты пренебрег этим. И знаю я, что за твое непослушание ко мне тебя ждет на земле худой конец и по смерти — вечная мука, уготованная язычникам. Исполни же теперь хоть эту мою последнюю просьбу: не уходи никуда, пока я не преставлюсь и не буду погребена, а тогда иди, куда хочешь. По моей кончине не делай ничего, что требует в таких случаях языческий обычай; но пусть мой пресвитер с клириками погребут по обычаю христианскому мое грешное тело: не смейте насыпать надо мною могильного холма и делать тризны, но пошли в Царьград золото к Святейшему Патриарху, чтобы он совершил молитву и приношение Богу за мою душу и раздал нищим милостыню». Слыша это, Святослав горько плакал и обещал исполнить все завещанное ею, отказываясь только от принятия святой веры.

По истечении трех дней св. княгиня Ольга впала в крайнее изнеможение. Причастившись Божественных Таин Пречистого Тела и Животворящей Крови Христа Спаса нашего, она все время пребывала в усердной молитве к Богу и к Пречистой Богородице, Которую всегда по Боге имела себе Помощницей, призывала и всех святых. С особенным усердием молилась блаженная Ольга о просвещении по ее смерти земли Русской: прозирая будущее, она неоднократно во дни жизни своей пророчески предсказывала, что Бог просветит людей земли Русской и многие из них будут великие святые; о скорейшем исполнении этого пророчества и молилась святая Ольга при своей кончине. И еще молитва была на устах, когда честная душа ее разрешилась от тела, — «и тако поживши и добре славяще Бога в Троице, Отца, и Сына, и Святаго Духа, почи в блазии вере, сконча житие свое с миром о Христе Иисусе, Господе нашем». Так она переселилась от земных к небесным и сподобилась войти в чертог Бессмертного Царя — Христа Бога, и как первая святая из земли Русской была причтена к лику святых. Преставилась св. равноапостольная Ольга, во святом крещении Елена, в 11-й день июля месяца 969 года, всех лет жизни ее было около девяноста. «И плакали по ней плачем великим сын ее, и внуки, и все люди». Последние годы, среди торжества язычества, ей, когда-то гордой владычице, крестившейся от патриарха в столице Православия, приходилось тайно держать при себе свя­щенника, чтобы не вызвать новой вспышки антихристианского фанатизма. Но перед смертью, вновь обретя прежнюю твердость и решимость, она запретила совершать над ней языческие тризны и завещала открыто похоронить ее по православному обряду. Пресвитер Григорий, который был с нею в 957 году в Константинополе, в точности выполнил ее завещание.

По преставлении святой Ольги сбылось ее пророчество о злой кончине сына и о добром просвещении земли Русской. Замечательный полководец Святослав (как сообщает об этом летописец) был убит не в славном походе, а в коварной засаде печенегов в 972 году. Князь печенежский отсек Святославу голову и из черепа сделал себе чашу, оковав ее золотом и написав следующее: «Имущий чужого, губит свое». Во время пира с вельможами своими князь пил из этой чаши. Так великого князя Святослава Игоревича, храброго и доселе непобедимого в битвах, по предречению матери, постигла злая кончина за то, что он не слушал ее. Исполнилось пророчество блаженной Ольги и о земле Русской. Спустя девятнадцать лет по ее кончине внук ее кн. Владимир (память 15/28 июля) принял святое крещение и просветил святой верой землю Русскую.

Бог прославил святую труженицу Православия, «начальницу веры» в Русской земле чудесами и нетлением мощей. Иаков Мних через 100 лет после ее смерти писал в своей «Памяти и похвале Владимиру»: «Бог прослави тело рабы Своей Елены, и есть в гробе тело ее честное, и неразрушимое пребывает и до сих дней. Блаженная княгиня Ольга прославила Бога всеми делами своими добрыми, и Бог прославил ее». При святом князе Владимире, по некоторым данным, в 1007 году мощи святой Ольги были перенесены в Десятинный храм Успения Пресвятой Богородицы, потому что на содержание его кн. Владимир давал десятую часть от своих имений, и положены в специальном саркофаге, в каких принято было класть мощи святых на православном Востоке. «И ино чудо слышите о ней: гроб камен мал в церкви Святыя Богородицы, ту церковь создал блаженный князь Владимир, и есть гроб блаженныя Ольги. И на верху гроба оконце сотворено — да видети тело блаженныя Ольги лежаще цело». Но не всем было явлено чудо нетления мощей равноапостольной княгини: «Иже с верою придет, отворится оконце, и видит честное тело лежаще цело, яко спя, почивает. А другим, иже не с верою приходят, не отворится оконце гробное, и не видит тела того честного, но только гроб». Так и в кончине святая Ольга проповедовала вечную жизнь и воскресение, наполняя радостью верующих и вразумляя неверующих. Была она, по словам преподобного Нестора Летописца, «предтекущая христианской земли, аки денница пред солнцем и аки заря пред светом».

Святой равноапостольный великий князь Владимир, вознося свое благодарение Богу в день крещения Руси, свидетельствовал от лица своих современников о святой равноапостольной Ольге знаменательными словами: «Благословите тя хотят сынове рустии…» Русский народ чтит святую равноапостольную Ольгу как основоположницу христианства на Руси, обращаясь к ней словами преподобного Нестора: «Радуйся, русское познание Бога, начало нашего с Ним примирения».

Источник: http://www.saints.ru/o/olga_knyaginya.htm

Молитвы и акафист преподобному Савве Крыпецкому

Тропарь, кондак, величание, акафист Тропарь, глас 8 Пустыни явился еси доброе насаждение, преподобне, / от юности бо и в мире изволил еси чистое житие; / ревнуя же большему, и дом отеческий оставил еси, / и, вся красная мира сего презрев, / от чуждых стран пришел еси / во обители Богоспасаемаго града Пскова, / и послушанию преподобнаго Евфросина предался еси; / таже простираяся умом еще к вящшему, / вселился еси в пустыню, / в нейже обитель пречестну воздвигл еси, / и множество инок собрал еси, / и их наставил еси на путь истинный. / Темже и Христос, Емуже в жертву себе принесл еси, / видев твоя благия труды, / яко пресветла тя светильника, / и по преставлении чудесы обогати, Савво, отче наш. / Молися убо присно Ему о стране нашей, / еже дароватися ей на враги победам, / стаду же твоему от враг ненаветну пребыти, / и всем нам спастися. Ин тропарь, глас 7 От мирскаго жития изшед, / отвержением же мира Христу последовал еси / и, в пустыни вселься, / равноангельное житие пожил еси, / отонудуже, веселяся, прешел еси к Небесным чертогом, / и ныне, со Ангелы Владычню Престолу предстоя, / поминай нас, чад своих, / яже собрал еси, Богомудре, / да радостию от души вопием: / радуйся, Савво, отче преблаженнейший. Кондак, глас 1 Возсия от пустыни славному граду Пскову / новое светлое солнце, / чудес лучами всех озаряющее / и благодатне согревающее, / тьму же всяких искушений и наветов / и хлад греховный отженяющее. / Приидите убо, празднующе блаженную память / сего светильника нашего, воспоим: / слава Богу, тако промышляющему о нас, / слава угоднику Его, сохраняющу нас! / Ты же, преподобне отче Савво, / о иже твою присно память почитающих / моли Христа Бога, / яко да милостив будет нам и в День судный. Величание Блажаем тя, / преподобне отче наш Савво, / и чтим святую память твою, / наставниче монахов и собеседниче Ангелов. Акафист преподобному Савве Крыпецкому чудотворцу Кондак 1 Возбранный чудотворче и угодниче Христов, преподобне отче наш Савво, похвальныя приносим ти, молитвенницы твоя, творящии, всечестную память твою, ты же яко имеяй велие дерзновение ко Господу, от всяких нас бед и скорбей свободи, зовущих: Радуйся преподобне Савво, отче преблаженнейший. Икос 1 Ангелов Господь, провидев твое, преподобне, равноангельское житие, приведе тя от чуждыя страны и просвети тобою пределы наши. Сего ради и мы сретаем тя глаголюще: Радуйся, сродники и дом отеческий оставивый. Радуйся, всю красоту мирскую презревый. Радуйся, отче от Святыя горы Афона к нам пришедый. Радуйся, образ и правило жития иноческаго нам показавый. Радуйся, человече не от чуждыя страны, но от Бога к нам пришедый. Радуйся, нашу полунощную страну своим пришествием озаривый. Радуйся, звездо, от востока нам возсиявшая. Радуйся, заре, нас в темной стране пребывающих осветившая. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 2 Видя в себе призвание от Бога, пустынное житие проводити, потщился еси Ему угодная творити, в пустыни Богу взывая: Аллилуиа. Икос 2 Разум Божественный настави тя, Савво, отче наш, егда оставив Отечество свое, во град Псков пришел еси, и во обители Рождества Пресвятыя Богородицы водворился еси, и в ней подвигом добрым подвизался еси. Сего ради восхваляем тя сице: Радуйся, свеще Божественнаго пламене. Радуйся, ум Христов имевый. Радуйся, заповеди Божии свято соблюдавый. Радуйся, иноческаго правила исполнителю. Радуйся, подвигом добрым подвизавыйся. Радуйся, молитвами яко крилами возлетаяй к Богу. Радуйся, уготовивый в себе жилище Духу Святому. Радуйся, сияние чистоты. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 3 Сила смирения твоего отведе тя, преподобне, от тщетных похвал человеческих к преподобному Евфросину, с ним же возжелал еси пети Богу: Аллилуиа. Икос 3 Имея послушание крепкое во обители преподобнаго Евфросина вся повеленная тебе исполнил еси благопокорно. Сего ради тебе вопием ти таковая: Радуйся, иноче ревностный. Радуйся, труды ко трудам приложивый. Радуйся, повиновение к наставнику твоему сохранивый. Радуйся, в послушании твоем смирение возрастивый. Радуйся, возревновавый Евфросина шествовати неуклонно. Радуйся, на многия труды себе покоривый. Радуйся, ревнителю послушания в младости. Радуся, украшенный добродетельми в старости. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 4 Бурею жития мирскаго отягчаеми, удивляемся егда дерзаем уразумети, како непроходимую пустыню соделал еси яко крин цветущую и в ней сладостнопел: Аллилуиа. Икос 4 Слышав от учеников преподобнаго Евфросина и от окрестных жителей, яко на пятьнадесять поприщ есть место безлюдное, Крыпец именуемое, восхотел еси в месте том особь во уединении поработати Богу. Сего ради приемли от нас похвалы такова: Радуйся, пустынный Христов учениче. Радуйся, избранниче Божий. Радуйся, в подвизе твоем от Господа помощь приявый. Радуйся, благодати Божия вместилище. Радуйся, пустыннаго жития насаждение. Радуйся, пустыню соделавый в храм Богу. Радуйся, возлюбивый уединения сладость. Радуйся, вместо житейския молвы молитву избравый. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 5 Благосветлый светильник явился еси во тьме, сияющий в пустыни крыпецстей, егда сокрылся тамо ради Бога, Тому ангельски служити, Тому всецело работати с песнию: Аллилуиа. Икос 5 Виде учитель твой, преподобный Евфросин, яко совершеннаго послушания исполнился еси, отче Савво, сего ради слышав желание твое пред Господем одиночествовати в пустыни, уразуме в желании твоем Духа Святаго внушение, и благословив тя на новый подвиг рече: иди с миром темже и мы ти сице вопием: Радуйся, единаго Бога служителю. Радуйся, бесов из пустыни прогонителю. Радуйся, послушания нелицемернаго хранителю. Радуйся, наставника твоего благословения блюстителю. Радуйся, громе на диявола возгремевый. Радуйся, искушения его отразивый. Радуйся, пустынническими подвиги себе возвеличивый. Радуйся, уединенным молением твоим обильную благодать стяжавый. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 6 Проповедник Божия слова был еси егда прихождаху к тебе окрестнии жители, послушати душеполезнаго учения твоего, ихже поучал еси отчуждатися всех мирских сладостей, в чистоте и целомудрии проводити время жития взывая к Богу: Аллилуиа. Икос 6 Возсиявый в пустыни свет веры твоея, многие боголюбцы привлече идти к тебе на иноческое сожительство ихже ты с любовию принимал еси к себе. Тогда же и храм во славу Христа Бога и возлюбленнаго ученика Его Иоанна Богослова воздвизал еси и наставление иночествующим преподал еси. Тебе убо, яко богомудрому наставнику иноков возглашаем сице: Радуйся, притекающих к тебе с любовию принимавый. Радуйся, оставивых мир сей Христа ради, яко птицы под кров свой собираяй. Радуйся, ничтоже свое, но вся обще имети повелевый. Радуйся, любовь нелицемерну между собою всем заповедавый имети. Радуйся, в житии сем великое смирение имети наказуяй. Радуйся, от нечистоты греховныя воздержатися повелевый. Радуйся, кротости и смирения Христова истинный подражателю. Радуйся, Христовым путем, жизнь твою прошедый. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 7 Хотя приложити доброе тщание об устроении братства подвижников создал еси храм во имя возлюбленного ученика Христова и явился еси благий отец и наставник всех собравшихся к тебе христолюбцев и с ними вкупе пел еси: Аллилуиа. Икос 7 Новые твои подвиги зряще начаша к тебе блаженому отцу приходити христолюбивии псковстии людие, на сооружение обители милостыню многу подавающе. Ты же поставив во игумена обители твоея инока Кассиана, пребывал еси свободен от дел правления, поучая приходящих к тебе слову Божию, сего ради ублажаем тя сице: Радуйся, светильниче всесветлый. Радуйся, нсставниче монахов. Радуйся, чистоты селение. Радуйся, Христово благоухание. Радуйся, тобою собранным инокам Отческое завещание оставивый. Радуйся, отгнавый заблуждение от овец твоих. Радуйся, от труда рук твоих питавый алчущия. Радуйся, во обители твоей дом призрения бедных учинивый. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 8 Странное чудо видим на тебе преподобне, како прослави тя Бог еще на земли, небесною славою, зане работал еси Ему со страхом и трепетом.Темже Благодарственно вопием Ему: Аллилуиа. Икос 8 Весь был еси в вышних преподобне Савво, и содержал еси твердо уставы обители твоея. Сего ради возбранил еси болящей княгине Псковстей внити в монастырь твой, приняв мужа ея, самой преподал еси благословение и исцелил ю вне врат монастырских. Темже прославляюще Господа, даровавшего тебе дар таковых чудес, приносим ти похвалы сицевая:Радуйся, силою Божией исцеления подаваяй. Радуйся, дар чудотворений от Христа приемый. Радуйся, болезней целителю. Радуйся, подаваяй нам исцеление в недугах наших. Радуйся, с любовию сретавый мужей, приходящих во обитель твою. Радуйся, и князя супружницы в болезни сущей, вход во обитель возбранивый. Радуйся, твердый уставов обители твоей хранителю. Радуйся, не воззревый на лице сильных земли. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 9 Всякая верных душа удивися богатству благодати, данным тебе от Бога Вседержителя, и силу чудес твоих благоговейно прослави ты бо во плоти сый, возымел еси власть над духи нечистыми. Сего ради чудодеющему во всех Богу вопием: Аллилуиа. Икос 9 Ветийство человеческое не может изрещи силы Божия, Его промышление о тебе, како прослави тя яко светоносителя света Хрис-това в земли нашей. Мы же святость твою верою почитающе святче Божий вопием ти сице: Радуйся, заре солнца правды, пределы града Пскова озаряющая. Радуйся, многих грешников ко спасению наставивый. Радуйся, море, всякоенечестие потопляющее. Радуйся, благочестием сердца верных напояяй. Радуйся, жестокою стезю мира сего к небесным вратам прошедый. Радуйся,за подвиги твоя возмездие небесных благ получивый. Радуйся, воине Небеснаго Царя против невидимых враг. Радуйся, Благоуханный крине в небесных вертоградех процветший. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 10 Спасти хотя душ человеческих, учил еси покаянию люди мирския. Такожде и по преставлении твоем не оставляеши вразумляти их яко же и от гроба твоего слышати нам глас твой учительный, да в чистоте сердца нашего поем Христу: Аллилуиа. Икос 10 Стена был еси обители твоей, Савво, отче наш, темже пришедших разбойников, дерзнувших разорити обитель твою, устрашил еси явлением жезла твоего, послежде на покаяние тех наставил еси, пою-щих ти сице: Радуйся, о людех грешных пекущийся. Радуйся, от греха к покаянию обращаяй. Радуйся, в покаянии к тебе приходящих милуяй. Радуйся, подражателю милосердия Отца Небеснаго. Радуйся, присный предстателю у престола Божия. Радуйся, обитель твою добре хранящий. Радуйся, сокровище милосердия и любве. Радуйся, истинный пастырю душ человеческих. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 11 Пение Благодарственное воспеваем о истиннем твоем о душах людских попечении, яко помиловал еси люди, забывшая Бога и привел еси их вкупе с тобою, Савво отче, пети песнь: Аллилуиа. Икос 11 Светоподательница светильника под спудом сокрываема шестьдесят лет, яви тя Бог учеником твоим, иже при строении храма обретоша мощи твоя. Мы же, мощем твоим честным поклоняющиеся, с благодарением и радостию взываем сице: Радуйся, класы многоплодныя хлеба жизни возрастивый. Радуйся, мощи твоя нам оставивый яко драгоценную святыню. Радуйся, от мощей твоих токи исцеления испущаяй. Радуйся, человека хотяща умрети язвою, молитвами твоими исцеливый. Радуйся, болезни зубныя, трясавицы и беснования врачуяй. Радуйся, смертоносную язву прикосновением к твоему гробу и перстию от него исцеливый. Радуйся, к людем немощным сострадательно приникаяй. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 12 Благодать изобильную и велие дерзновение ко Христа Богу стяжал еси Савво отче, сего ради не остави нас, творящих всечестную память твою и не забуди нас грешных в жизни сей и в будущем веце, поющих Богу: Аллилуиа. Икос 12 Поюще святую и подвижническую память твою, преподобне отче, просим тя мы, достойные всякого осуждения н муки, да не воздаст нам праведный Судия по делом нашим, но да явит нам свое человеколюбие, сего ради вопиет к тебе таковая: Радуйся, отче, во Христе вечно пребываяй. Радуйся, чистоты небесныя сияние. Радуйся, слава граду нашему Пскову. Радуйся, каменю веры несокрушимый. Радуйся, столпе терпения в бедах незыблемый. Радуйся, пустыни твоея великое украшение. Радуйся, звездо, сияющая во мраце жития мирскаго. Радуйся, молитвами твоими нас от лукавого избавляяй. Радуйся, преподобне Савво, отче преблаженнейший. Кондак 13 О, преподобне отче наш Савво, приими от нас сие моление наше и вознеси е на жертвенник Божий, да простит нам вся наша согрешения и да сподобит нас спасения вечнаго, вопиющих Ему: Аллилуиа. (Этот кондак читается трижды, затем икос 1 и кондак 1)

Преподобный Савва Крыпецкий

Савва Крыпецкий, Псковский, преподобный

Память 28 августа

Был пострижен на Афоне, откуда прибыл в Псков. Он начал подвизаться на Снетной горе в Богородичной обители, близ Пскова, затем перешел в более уединенное место на речку Толву, в обитель преподобного Евфросина. Наконец, он удалился на совершенное безмолвие в Крыпецкую пустынь, за 15 верст от Толвы, и поселился один при небольшом озере в непроходимом лесу. Пищею отшельника были хлеб и вода, а в среду и пятницу он ничего не вкушал. В отшельнической жизни много он претерпел от нечистых духов, но всегда побеждал их молитвой. Спустя несколько лет уединенной жизни к преподобному Савве стали собираться ревнители пустынной жизни. Они упросили его учредить обитель и построить храм в честь апостола Иоанна Богослова. Преподобный отказался быть игуменом обители и поручил управление иноку Кассиану. К строгому старцу приходили многие из Пскова, которых он исцелял и увещевал, но ни от кого не принимал даров.

Однажды Псковский князь Ярослав Васильевич Оболенский,который часто посещал обитель, приехал к святому вместе с больной супругой. Преподобный Савва послал сказать ему: «Старец, грешный Савва, говорит тебе, князь, не вступай в обитель с княгинею; у нас здесь такое правило — жены не должны входить в обитель: если преступишь отеческую заповедь, княгиня твоя не получит исцеления». Князь просил прощения, что по незнанию хотел нарушить устав. Преподобный Савва вместе с братией вышел за ворота и отслужил молебен. Княгиня исцелела. По ходатайству князя в 1487 году Псков получил грамоту на землю для обители.

Мирян преподобный учил соблюдать чистоту, напоминая о суде Апостольском против сквернителей тела. Богатым и судьям говорил, чтобы не кормились за счет бедных и соблюдали правду. Часто напоминал всем уклоняться от ссор и вражды, сохранять любовь и мир и покрывать ошибки других снисхождением, дабы и нас простили. В обители с самого начала было введено строгое общежитие. И тогда, когда собралось довольно братии и средств, в келье преподобного не было ничего, кроме двух икон, мантии и рогожки, на которую он ложился отдыхать. Той же нищете он обучал братию. Преподобный заповедал им возделывать землю своими руками. Он говорил: «К чему называем мы древних подвижников своими отцами, когда не живем их жизнию, как следует детям. Они бездомные, нищие, проводили время в вертепах, в пустынях и для Господа со всей твердостью покоряли свою плоть духу, не знали покоя ни днем, ни ночью. Возлюбим, дети, благого Господа, не звуками только и одеждою будем показывать любовь нашу к Нему, а делами: любовью друг ко другу, слезами, постом, всяким воздержанием, как совершали это древние отцы».

Благодарный князь построил через мхи и болота мост к обители длиною в 1400 сажен.

После своей кончины (+ 28 августа 1495) преподобный Савва не оставил обители, а много раз оказывал защиту. Однажды ночью к монастырю подошли разбойники. Но они увидели благолепного старца, который, держа в руке жезл, грозно велел им покаяться. Наутро узнали, что в монастыре такого старца не было, и поняли, что это являлся сам преподобный Савва. Предводитель разбойников покаялся игумену и остался жить в монастыре.

Преподобный Савва был высок ростом, с бородой седой, как снег, круглою, густою и не очень долгою. В таком виде он явился в середине XVI века иноку Исаии, указав, где находятся его нетленные мощи. Тогда же, в 1555 году, по просьбе Крыпецкой братии, псковский священник Василий написал житие преподобного Саввы и ему было установлено празднование.

Источник: http://drevo-info.ru/articles/11305.html

Преподобный Онуфрий Мальский

25 июня Святая Церковь отмечает день памяти преподобных Онуфрия и Авксентия Мальских, Псковских (XV-XVI вв.). Память их празднуется 12 июня/25 по н.ст., в день преставления прп. Онуфрия и в 1-ю Неделю после Петрова поста

Преподобный Онуфрий Мальский, Псковский (Изборский) основал обитель в честь Рождества Богородицы в Малах, в четырех верстах от Изборска и в 56 верстах от Пскова.

Святой скончался 12/25 июня 1492 года и был погребен в Рождественской церкви, в приделе, посвященном его имени. Память преподобного Онуфрия совершается также в так называемое «Мальское воскресенье» — первое воскресенье после Петрова поста.

Прп. Онуфрий был учеником прп. Елеазара Псковского. Уединившись на Сенной остров, находящийся на Мальском озере, он основал там монастырь. После кончины преподобного его заменил его ученик и сподвижник — прп. Авксентий. Мальский монастырь давно упразднен. Бывшая Мальская обитель находится недалеко от Псково-Печерского монастыря.

В 18 км от Печерского монастыря по Псковской дороге между Печорами и Изборском стоит деревня с уютным названием Малы. За ней скрылся в глубокой лощине на берегу Мальского озера бывший Мальский Спасо-Рождественский монастырь или как его еще называли Онуфриева пустынь, названный так по имени основателя монастыря прп. Онуфрия Мальского (память 25 июня).Суров и нелюдим был край во второй половине XV века, когда пришел сюда прп. Онуфрий — ученик прп. Евфросина Спасо-Елеазаровского, начальника псковского пустынножительства — в поисках уединенной подвижнической жизни. Глухие и труднопроходимые леса покрывали склоны древней, прорытой ледниками лощины. Лишь блестящая гладь лесного озера иногда волновалась при ветре и тихий говор вод, с легким шумом плескавшихся о берег, нарушал тишину уединенного места. Потом, как обычно в то время водилось на Руси, прослышав о пустынном подвижнике, приходили к нему искавшие спасения в удалении от мира любители пустынного иноческого жития и умножали число мальских насельников, пока одинокий скит не разросся в Мальский монастырь. Не сохранилось никаких сведений о житии первого пустынножителя прп. Онуфрия, кроме записи о том, что он скончался 12(25) июня 1492 года, но псковские лето­писи XVI века и народное предание твердо хранят память о нем как основателе Мальского монастыря, о чем говорит и название — Онуфриева пустынь.

Сколько на Руси было монастырей, время основания которых и даже имена их первых подвижников ушли в безвестность, по смирению их основателей и их нежеланию быть прославленными миром. Они не на словах только, а и делами своими показывали, что вменяют ни во что сует­ную славу мира сего, и не устами одними говорили о вечном, но дышали и жили им. Мощи прп. Онуфрия почивают до времени под спудом под развалинами монастыря. Год основания Мальского монастыря в точности неизвестен, но в некоторые источниках указывается 1471 год. Небольшая обитель на берегу Мальского озера про­цветала до 1581 года. В монастыре было две церкви. Главная Спасорождественская церковь построена во второй половине XVI века. Как и другие псковские церкви, она небольшая, простой формы, но пять глав, которые ее венчают, указывают на то, что на внешний облик храма повлияла и московская школа архитектуры.

Церковь стоит над святым источником, который вытекает из-под алтаря Другая каменная постройка монастыря — трапезная церковь. К ней примыкает трапезная палата, которая в свою очередь с западной стороны соединялась со звонницей. Здание имело три этажа и служило для братии и храмом, и жильем, и трапезной. Монастырь был окружен бревенчатой оградой и, кроме названных сооружений, имел игуменский дом, три житницы, сенной амбар, сторожку у ворот. Здесь же был коровий двор с тремя коровниками, а рядом молочная, за монастырем, на берегу озера, были монастырский сад и огород. Количество монахов в Мальском монастыре никогда не превышало 15 человек. Колокольня Мальского монастыря — одно из лучших созданий псковского церковного зодчества. Ранее это была не колокольня, а звонница.

Она имела односкатную кровлю и плоскую южную стену, вверху которой было четыре арочных проема для колоколов, и соответствовала псковским строительным традициям. В 1902 году она был перестроена, потому что нужно было укрепить ее верх, но и в этом исполнении звонница-колокольня смотрите чудесно и с любой точки обзора воспринимается центральной постройкой. Все каменные постройки Мальского монастыря по-своему уникальны: Спасорождественская церковь с приделом прп. Онуфрия, построенным в 1902 году, звонниц и развалины трапезного храма — все, что осталось о Мальского монастыря. Военные невзгоды прошлого не миновали затерянный среди лесов и холмов монастырь. В 1581 году венгерские отряды польского короля Стефана Батория, возвращаясь к Пскову после неудачного штурма крепости Псково-Печерского монастыря, подошли к Малам. Отстоять обитель монахи не смогли. Монастырь был разрушен, а все насельники убиты.

Долгое время Мальский монастырь лежал в развалинах, и не слышно было звона его колоколов. Только в 1675 году появляются сведения о возобновлении Мальской обители, о чем свидетельствует надпись на одном из колоколов Мальской звонницы. Эта надпись гласит, что колокол был слит в 7183 (1675) году в Онуфриеву пустынь при строителе старце Лаврентии, помощью его и других вкладчиков. В 1710 году монастырь вновь разорен шведами, но по приказу императрицы Анны Иоанновны при епископе Псковском Рафаиле (Зборовском) возобновлен в 1730 году. Тогда восстановили его главный храм и колокольню. А руины братского корпуса с трапезной и церковью так и дожидаются со времени Батория продолжения их долгой жизни. В 1764 году в царствование Екатерины II при архиепископе Псковском и Рижском Иннокентии Мальский монастырь был упразднен, а при Спасорождественском храме открыт приход. Тогда и стали называть Малы погостом.

Мальский погост был приписан к Псково-Печерскому монастырю. Кроме празднования памяти прп. Онуфрия, которая совершается 12 (25) июня, существует в Малах и местный заветный праздник, именуемый «Мальским воскресением» — первое воскресенье после Петрова дня (свв. Первоверховных апостолов Петра и Павла). В глубокой древности в этот день выпал обильный снег, от которого могли погибнуть все посевы и растения, но по молитвам прп. Онуфрия снег быстро растаял, не причинив никакого вреда, и в этот год урожай был больше прежнего. С тех пор положили ежегодное празднование в память об этом чуде. На кладбище Мальского погоста похоронен местный праведник — болящий Матфей, более 40 лет лежавший на одре без движения и удостоенный от Господа дара прозорливости. Много людей приходило и приезжало к праведнику за советом и утешением. На пожертвования, приносимые Матфеюшке почитателями, был построен придел прп. Онуфрия Мальского. Почил праведник в 1905 году, 15 (28) июня и погребен напротив Спасо-Рождественской церкви. Перед смертью предсказал обстоятельства своего погребения, которые и исполнились в точности. Рядом с Матфеюшкой похоронен родственник Святейшего Патриарха Тихона протоиерей Михаил Владимирович Беллавин — настоятель Мальской церкви в 1949-1985 годах.

В 2000 году развалины Мальской обители были переданы Псково-Печерскому монастырю для восстановления и строительства скита. В колокольне устроена новая келья будущего монастыря. На хозяйственном дворе монастыря в деревне Малы строятся мастерские для реставрации Мальского скита. С древних времен считаются Малы святым местом. Немая красота Мальской долины, умиротворенность и благодать Онуфриевой пустыни и поныне притягивают паломников из разных концов России. Приезжают люди сюда помолиться, приложиться к святыням Мальской церкви, набрать воды из целебных источников, взирая на развалины Мальского монастыря и с верою в его воскресение. На сельских праздниках здесь можно встретить представителей малой этнической группы — народности сето. Это связано с тем, что на кладбище много сетусских захоронений. В июле проходит престольный праздник «Мальское воскресение», когда отовсюду собираются люди, считающие Малы своей родиной, чтобы встретиться и почтить память предков.

Мальской погост сохраняет удивительную, умиротворяющую атмосферу. Недаром, одно из местных поверий связано с обретением человеком душевного покоя. Легенда о возникновении Мальского монастыря Жил в начале восемнадцатого века в Тамбовской губернии в Кирсановском уезде мужичок. Был он беден, но благочестив и добр. Имел небольшую пасеку — с нее и кормился. Однажды одна из пчелиных маток заговорила с ним человеческим голосом, передавая слова Господа, чтобы отправился мужичок в далекие неведомые края и возобновил там монастырь, разрушенный вражескими полчищами. Мужик засобирался в дорогу, спросив у пчелы: «Как же исполнить твое повеление, если я не знаю куда идти, дороги в ту сторонку не найду, да и богатства на восстановление монастыря не имею?» И вновь заговорила пчела: «Не сомневайся, иди смело. Дорогу тебе пчелиный рой указывать будет, а как достигнешь места, узнаешь, на что монастырь возродить…» Шел мужичок долго: дни, недели, месяцы — пчелиный рой впереди летел. Вечером мужик на ночлег устраивается — пчелы рядом, утром — будят чуть свет. И вновь в дорогу, через леса, степи, реки. Привели его пчелы на берег Мальского озера, к развалинам монастыря. От долгого пути утомился мужичок — лег на берегу озера и заснул. И слышит он слова во сне: «Как встанешь на рассвете, копай без устали под грудой камней, пока не найдешь все, что будет нужно для восстановления монастырских стен». Утром мужик стал копать в указанном ему месте и нашел схороненное золото, серебро, деньги, церковную утварь, книги, иконы. Прежняя монастырская братия перед приближением врага скрыла все богатства обители в надежном месте. Через несколько лет трудов исполнил мужик волю Господа и восстановил жизнь в монастыре.

Использованы материалы сайта culture.pskov.ru

Источник: http://www.pskov-eparhia.ellink.ru/browse/show_news_type.php?r_id=6601

Преподобный Никандр Псковский

(1507 — 1582), пустынножитель, чудотворец, преподобный.

Память 24 сентября (день кончины), 25 марта (храмовый праздник Никандровой пустыни), 29 июня (обрет. мощей) и в Соборе Псковских святых

&nnbsp;

В миру Никон, родился 24 июля 1507 году в селе Виделебье [1] Псковского уезда в семье крестьян Филиппа и Анастасии.

С детства он мечтал продолжить подвиги своего односельчанина — преподобного Евфросина, начальника Псковских пустынножителей. Первым в семье Никона принял монашество его старший брат Арсений. После смерти отца семнадцатилетний Никон сумел убедить и мать раздать имение и удалиться в монастырь, где она жила до самой кончины. Обойдя обители Псковской земли, поклонившись мощам преподобного Евфросина и его ученика преподобного Саввы Крыпецкого, он окончательно утвердился в стремлении к отшельнической жизни.

Чтобы иметь возможность читать Слово Божие, Никон нанялся в работники к псковскому жителю Филиппу, который за усердие отдал его на обучение к опытному учителю. Видя ревность юноши, Господь Сам указал ему место подвига. Горячо молясь в одной из псковских церквей, он услышал глас из алтаря, повелевавший ему идти в пустынь, которую Господь укажет через Своего раба Феодора. Крестьянин Феодор отвел его на речку Демьянку, между Псковом и Порховом [2]. Там поставил себе Никон небольшую хижину и проводил время в уединении, питаясь одними растениями.

Народ, узнав о его жилище, начал посещать его, чем невольно нарушил спокойствие отшельника. Никон, избегая мирской чести, удалился в общежительную пустынь преподобного Саввы Крыпецкого. Игумен, видя его телесную немощь, не сразу согласился принять его, опасаясь, что трудности монашеской жизни будут ему не по силам. Тогда Никон, припав к раке преподобного Саввы, стал, как живого, умолять его взять в свою обитель. Игумен смягчился и постриг Никона с именем Никандр.

Много искушений и бед пережил на тесном пути подвижничества преподобный Никандр. О «страстех пустынных» ему предсказал еще в Пскове блаженный Николай. Молитвами всех псковских угодников и преподобного Александра Свирского, который дважды являлся преподобному, наставляя и укрепляя его, он, с помощью благодати Божией, преодолел все многообразные козни лукавого. Силой молитв преподобный победил слабости плоти, человеческое недоброжелательство и диавольские страхования. Однажды его чуть не убили разбойники, отняв его единственное и самое ценное для отшельника имущество — книги и иконы. По молитвам святого, двое из них, устрашившись внезапной смертью своего товарища, раскаялись в своих злодеяниях и получили прощение старца.

Строгим своим житием обратил он на себя внимание сподвижников, но не желая иметь отличия перед тружениками, он удалился в прежнюю свою пустынь на безмолвие и провел там 15 лет.

Впоследствии, избегая мирской славы, он еще раз приходил на жительство в Крыпецкую обитель. Там избрали его в звание екклисиарха (уставщика церковного), а потом в должность монастырского келаря. Но начальственные сии должности, ввиду точного им их исполнения, подвергли Никандра многим наветам и оскорблениям. Пустынник оставил обитель. В 3-х верстах от нея, на одном острове, поставил он келью и мирно жил в ней, пока все те же завистники и клеветники не вытеснили его и из этого убежища.

Он в третий раз возвратился в первую свою пустыню на речку Демьянку и пребывал уже там неотлучно до кончины своей. Ежегодно Великим постом преподобный Никандр ходил в Дамиановский монастырь, где исповедовался и причащался Святых Христовых Таин. За восемь лет до кончины он принял там великую схиму. К преподобному стало приходить много народа. Пустынник с любовью и вниманием относился ко всем нуждам своих посетителей и даже устроил им для ночлега убогую «гостиницу у дуба», которую сам протапливал. Преподобный не позволял себе выставлять напоказ свои дарования. Приходя тайно к его келлии, люди всегда слышали, что он молится с горьким рыданием. Он же, заметив близость людей, тотчас умолкал, пряча от них полученный дар слез.

Преподобный Никандр до конца жизни оставался пустынником (его так и величают — преподобный Никандр пустынножитель), но завещал не оставлять место его трудов после своей кончины, обещая свое покровительство насельникам будущего монастыря. Диакону Порховского женского монастыря Петру преподобный заповедал на его могиле поставить церковь и перенести туда икону Благовещения Пресвятой Богородицы из погоста Тишанки. Он предвидел свою смерть, предсказав, что умрет, когда на отечество нападут враги, предрекая им при этом скорое поражение.

24 сентября 1582 года [3], во время нашествия войск польского короля Стефана Батория, один крестьянин, Иван Долгий, нашел его скончавшимся: он лежал на рогожке с крестообразно сложенными на груди руками. Он предал останки преподобного земле близ дуба, где стоит ныне соборная Благовещенская церковь, а потом известил о сем Порховских жителей, которые совершили погребение по христианскому чиноположению 1 октября 1582 года.

В 1584 году пришел на это место неизвестный мирянин и, поселясь при гробе Никандра, принял монашеский постриг под именем Исаии. Он собрал некоторое число братии и положил начало монастырю Никандровскому.

В 1686 году при патриархе Иоакиме состоялось прославление преподобного Никандра и было установлено празднование его памяти 24 сентября, в день кончины, и в храмовой праздник обители — Благовещение Пресвятой Богородицы (25 марта). При перестройке собора монастыря были обретены мощи преподобного Никандра, скрытые в стене, и 29 июня празднуется как день обретения его честных мощей.

С тех пор Благовещенская обитель стала именоваться Никандровою пустынью. Служба и житие преподобного Никандра были напечатаны в 1805 году.

Молитвы

Тропарь, глас 6

Светило незаходимаго света стране нашей явился еси, Богоблаженне, / доблественне претерпев вражия озлобления, / биение и раны, яко одежда нетления, вменишася тебе, / со зверьми же брався еси, и от человек злых прободения прияв, / о тех молился еси, глаголя: не постави им греха сего. / Темже Владыце Христу уподобился еси, достохвальне Никандре, отче наш, / молися о душах наших.

Ин тропарь, глас 4

Глас Божественный, / иже во Евангелии, услышав, преподобне отче Никандре: / приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы, / и прием крест, последовал еси Христу, / мир оставль, в пустыню вселился еси, / поношением же и бдением небесный дар восприим, / и души недужных, приходящих к тебе с верою, исцеляеши. / Темже и со ангелы срадуется, преподобне, дух твой.

Кондак, глас 1

Яко лучу тя солнечную Христос показа, преподобне, / сияеши бо в замли Российстей чудес благодатию, / и отгоняеши тьму страстей же и скорбей от приходящих к тебе с верою. / Темже почитаем твою память, Никандре / отче наш, и вопием ти: / радуйся, пустынножителей красото, / и стране нашей похвала и утверждение.

Ин кондак, глас 8

Во избрание Богосиянная звезда веры, / иже возсия в Русстей земли, отче преблаженне Никандре, / слезами и постом и бдением и молитвами удручал тело твое, / темже и обрете Небесную жизнь, / и радостно тайно со ангелы ликовствуя, да зовем ти: / радуйся, преподобне отче Никандре, пустынный жителю.

Источник: http://drevo-info.ru/articles/13306.html

Преподобный Иоаким Опочский

Память 19 апреля (перенесение мощей), 9 сентября.

Ученик преподобного Евфросина Псковского. По рукописным святцам, «преподобный отец Иоаким, игумен Опочского монастыря св. пророка Илии на реке Шелоне, преставися месяца сентября в 9-й день» (около 1550 г.). Этот монастырь был в 20 верстах от г. Порхова Псковской епархии.

Мощи преподобного почивали в приходской (прежде бывшей монастырской) церкви пророка Илии под спудом.
Преподобный Иоаким Опочский


День памяти: 9 сентября (ст. стиль) / 22 сентября (н. стиль)

1. По житиям святых, составленным Феодосием Черниговским

По рукописным святцам: «Преподобный отец Иоаким, игумен Опокского монастыря св. пророка Илии на реке Шелоне, преставися месяца сентября в 9 день».

По другим памятникам, преп. Иоаким называется основателем монастыря в Опочском погосте, что ныне в Порховском уезде, в 20 верстах от Порхова. По писцовой книге 1584 г. видим в Опокском монастыре игумена Нафанаила с несколькими братьями, и, следовательно, кончина преп. Иоакима последовала около †1550 г., если только он жил, как полагают, в XVI в.

Мощи его почивают в приходском храме, прежнем монастырском храме прор. Илии, и память его местно чтится 9(22) сентября в день его кончины.


2. По житиям святых, составленным монахиней Таисией:

Преподобный Иоаким Опочский († около 1515 г.)


В Ильинской церкви на реке Шелони, в 20 верстах от города Порхова Псковской губернии, почивают под спудом святые мощи преподобного Иоакима Опочского. Его монастырь, расположенный невдалеке от Ливонской границы, был миссионерским.

Жития русских святых. Составила монахиня Таисия (Карцева Т.Г.), М.: Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет, 2005. С. 453.

3. Статья для Православной Энциклопедии, составленная Охотниковой В.И.

Иоаким Опочский

(XV – начала XVI века), преподобный (память в третью Неделю по Пятидесятнице – в Соборе Псковских святых и в Соборе Новгородских святых), игумен и основатель Ильинского монастыря на погосте Опоки на реке Шелони в 35 км (29 верстах) от города Порхова (ныне деревня Опоки Порховского района Псковской области). О времени подвижничества Иоакима письменных свидетельств не сохранилось, Житие и служба святому отсутствуют.

В «Описании о российских святых» (известно в списках XVIII-XIX веков) Иоаким помещен среди «преподобных отцов Новгородских»: «Преподобный Иоаким игумен Опоцкого монастыря святаго пророка Илии на Шелоне реце, преставися месяца сентября в 9 день» [1. Описание о российских святых. С. 44; ср.: РНБ. Вяз. Q.80. Л. 109-110; Мих. Q. 348. Л. 9 об.]. Митрополит Евгений (Болховитинов), не называя источников, отнес подвижничество Иоакима к концу XVI – началу XVII веков [2. Евгений (Болховитинов). 1831. С. 80, 128]; эти сведения перешли в справочную литературу XIX века и последующего времени. Архиепископ Филарет (Гумилевский) считал, что кончина Иоакима последовала около 1550 года, поскольку в писцовой книге Шелонской пятины 1584/1585 годов игуменом Ильинского монастыря в Опоках был Нафанаил [3. РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 967. Л. 284 об.-285]. Архиепископ Сергий (Спасский) также относил преставление Иоакима к середине XVI века (около 1550 года), ссылаясь на рукопись из собрания Погодина. Однако, согласно новгородским писцовым книгам, Ильинский Опочский монастырьрь существовал уже в конце XV века. В писцовой книге Шелонской пятины 1498 года читается: «В Опотцком же погосте монастырские деревни Илии святого с Опок с Шелони…» [4. Новгородские писцовые книги. СПб., 1886. Т. 4. Стб. 180; ср.: Там же. Стб. 173, 530; 1905. Т. 5. Стб. 77, 309, 312, 313]. В писцовой книге Шелонской пятины 1575/1576 годов дается следующее описание монастыря: «Монастырь Опоцкой, а в нем храм Илья пророк, в приделе Благовещенье Святей Богородицы, церковь камена. В монастыре игумен Саватей, да черной поп Васьян, да 11 старцов, слуг 7 человек, дружинников 4 человеки» [5. Новгородские писцовые книги. 1905. Т. 5. Стб. 680-681].

Таким образом, Иоаким, если он был основателем монастыря, жил в XV – начале XVI века. В известных ныне источниках XVIII века Иоаким называется только игуменом Ильинского монастыря [6. РНБ. Q.I.382. Л. 15 об.; Мих. Q. 532. Л. 192: «Преподобный Иоаким игумен Опоцкаго манастыря пророка Илии на Шелоне реце сентября в 9 день»; Тит. № 2024. Л. 5; Вяз. Q.80. Л. 109-110; РНБ. Михайл. Q. 348. Л. 9 об.; Q. 351. Л. 17–17 об. (тоже назван игуменом, память – 29 сентября, вероятно, описка); Q.541. Л. 172 об.]. Память Иоакима под 9 сентября имеется также в старообрядческих святцах [7. БАН. Дружинин 130, л. 12 об.–13 и № 131, л. 10 об.], а также в Алфавите Ионы Керженского (?). Игуменами называются также Досифей [имеется в виду Досифей Верхнеоостровский?] и Илларион [Гдовский?] – ученики преподобного Евфросина Псковского († 1481), еще при жизни своего учителя основавшие монастыри на Псковской земле. В некоторых публикациях [8. см.: Христианство: ЭС. Т. 3. С. 623] Иоаким называется учеником преподобного Евфросина, что вполне вероятно, однако в перечне учеников псковского святого имя Иоакима не встречается ни в одной из редакций Жития Евфросина.

Архиепископ Сергий (Спасский), основываясь на сведениях святцев Коряжемского монастыря, называет день обретения мощей Иоакима – 19 апреля [9. РГБ. Унд. № 237. Л. 170 об.-171], 27 апр. по Кирилло-Белозерским святцам. Не позднее 1688 году монастырь был упразднен и превращен в приходскую церковь. В XIX веке, согласно описаниям Ильинского монастыря, мощи Иоакима покоились под спудом в церкви Благовещения (с приделами в честь пророка Илии и святого Иоанна Предтечи), построенной в 1772 году на месте Ильинской церкви (где, по-видимому, мощи находились ранее; в справочной литературе XIX – XX веков ошибочно указывается современное местонахождение мощей в Ильинской церкви).

Канонизация святого подтверждена включением его имени в Собор Новгородских святых, учрежденный около 1831 году (празднование подтверждено 10 июля 1981 года) и в Собор Псковских святых, празднование которому было установлено 10 апреля 1987 года по инициативе Псковского и Порховского митрополита Иоанна (Разумова).

Дополнение.


В Алфавите старообрядческого писателя Ионы Керженского читаются следующие сведения об Иоакиме: «Месяца сентября в 9 день. Преподобных отец наших Иякова и Феофила и Иоакима Коневских и Шелонъских. В древлеписменных месяцословах повествует, яко сии Феофил и Яков быша началницы Коневъскаго Успенскаго монастыря Шалонъския пятины, на Шелоне реце состоящем. А Иоаким бе игумен Опоцъкаго монастыря пророка Илии на Шелоне же реце. Время бытия показано 6904-го года [10. 6904 год – то есть 1396 г.]. Память им положена: Иоакиму сентября 9-го, а Иякову и Феофилу октября 21 дня» [11. Ярославский музей-заповедник, ф. Лукьянова, № 675 (15544), л. 258.].

Поскольку в этой записи много неточностей, касающихся Феофила и Иакова (Феофилова пустынь стоит на реке Омуге, а не Шелони; преставление Феофила по другим источникам датируется 20-ми годами 15 века), то и к записи об Иоакиме Опочском следует подходить критически.

Литература:


ИРИ. Т. 5. С. 366-367;
Евгений (Болховитинов), митр. История княжества Псковского. К., 1831. Ч. 3. С. 80, 128;
СИСПРЦ. С. 113;
Филарет (Гумилевский). РСв. С. 43;
Барсуков. Источники агиографии. Стб. 241;
Леонид (Кавелин). Св. Русь. С. 68-69;
Василёв И. И. Статистическо-географический словарь Порховского уезда Псковской губернии Псков, 1896;
Зверинский. Т. 3. С. 70;
Любимов П. Церк. памятники старины в Порховском у.: Ист.-археол. очерк // Псковские ЕВ. 1897. № 22. С. 387-388;
Сергий (Спасский). Месяцеслов. Т. 2. С. 277;
Голубинский. Канонизация святых. С. 157;
Лебедев Е. Е. Порхов и его окрестности: Ист. очерк. Новгород, 1915. С. 19-20;
Седов Вл. В. Новгородская архитектура на Шелони. М., 2001. С. 34-38;
Порхов и его уезд. Псков, 2005. С. 121-122, 243-244, 373-374;
Святые Новгородской земли, X-XVIII вв. Вел. Новгород, 2006. Т. 2. С. 1022;
Моисеев С. В. Церковная жизнь Опоцкого погоста в XV – XVIII вв. // Краеведческие чтения. Порхов-Холомки: Материалы научной конференции. Псков, 2006. С. 147-158.

Источник: http://opoki-hram.ru/ioakim/

Преподобный Иларион Псковоезерский

Память 28 марта, 21 октября, в Соборах Псковских и Санкт-Петербургских святых

Ученик преподобного Евфросина Псковского, в 1460 году он удалился на пустынный остров реки Желчи, недалеко от Гдова, в дремучий Сороковый бор близ Чудского озера. Здесь он жил в уединении, питался травами и кореньями, очищая ум духовным созерцанием и пребывая в неустанной борьбе с невидимыми духами. Вскоре к нему стали собираться другие иноки, желавшие стать его учениками. В 1470 году он основал Озерский (или Княже-Озерский) Покровский монастырь где принял игуменство.

Обитель находилась на границе с Ливонским орденом, поэтому иноки постоянно претерпевали нападения воинственного ордена. Несмотря на трудные условия и недостаток средств, преподобный Иларион утвердил в монастыре высокое благочестие. Вместе с тем велись большие работы по укреплению и благоустройству обители. Преподобный также не оставлял аскетизы, неся подвиг столпничества — он молился в дупле сосны близ своей обители. Сохранилось предание, что святой уже в земной жизни обладал благодатью узнавать, кто с чем пришел и кто какой страстью одержим.

Преподобный Иларион преставился 28 марта 1476 года и был погребен братией у северных дверей иконостаса в храме Покрова Пресвятой Богородицы основанного им монастыря.

Впоследствии в обители был построен храм в честь Рождества Христова, левый придел которого назывался именем основателя Гдовского монастыря. Монастырь был упразднен в XVIII веке, но Покровская церковь остаётся действующей на 2010 год и является местом паломничества. Мощи святого и поныне покоятся на месте их погребения. Также сохранилась и сосна, в которой он молился — в часовне близ Покровской церкви.


Тропарь

В молитвах бодрствуя, / пресветлый храм Духа Святаго был еси, / темже и чудотворец предивный явился еси, / преподобне отче наш Иларионе. / О нас моли Христа Бога / светом Божественнаго познания просветити ны / и спасти души наша.

http://days.pravoslavie.ru/Life/life725.htm

Страница сайта информационной службы епархиального управления Псковской епархии:


http://www.pskov-eparhia.ellink.ru/browse/show_news_type.php?r_id=2156


Источник: http://drevo-info.ru/articles/7625.html

Преподобный Досифей Верхнеостровский

игумен, преподобный

Память 8 октября

Ученик преподобного Евфросина Спасо-Елеазаровского, Псковского. В 1470 году он основал Верхнеостровский Петропавловский монастырь на Псковском озере, где был игуменом.

Тропарь Досифею Верхнеостровскому, Псковскому

Яко светильник всесветел явился еси во острове Псковскаго езера, / преподобне отче наш Досифее. / Ты бо крест Христов от юности своея на рамо взем, / усердно Тому последовал еси, / чистотою Богови приближився, / отонудуже и чудес дарованием обогатился еси. / Темже и мы, притекающе ко святей иконе твоей, умильно глаголем: / отче преподобне, моли Христа Бога / спастися душам нашим.

Использованные материалы

http://days.pravoslavie.ru/Life/life1692.htm

Источник: http://drevo-info.ru/articles/7464.html

Святая преподобномученица Великая Княгиня Елисавета

Житие

Святая преподобномученица Великая Княгиня Елизавета Феодоровна была вторым ребенком в семье Великого герцога Гессен–Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери королевы английской Виктории. Еще одна дочь этой четы – Алиса – стала впоследствии Императрицей Российской Александрой Феодоровной.


Дети воспитывались в традициях старой Англии, их жизнь проходила по строгому распорядку, установленному матерью. Одежда и еда детей были самыми простыми. Старшие дочери сами выполняли домашнюю работу: убирали комнаты, постели, топили камин. Впоследствии Елизавета Феодоровна говорила: "В доме меня научили всему". Мать внимательно следила за развитием талантов и наклонностей каждого из семерых детей и старалась воспитать их на твердой основе христианских заповедей, вложить в сердца любовь к ближним, особенно к страждущим.


Родители Елизаветы Феодоровны потратили большую часть своего состояния на благотворительные нужды, а дети постоянно ездили с матерью в госпитали, приюты, дома для инвалидов, привозили с собой большие букеты цветов, разносили по палатам больных, ставили в вазы.


Елизавета с детства любила природу и особенно цветы, которые с увлечением рисовала. У нее был художественный дар, и всю свою жизнь она много времени уделяла рисованию. Любила она и классическую музыку.


Все знавшие Елизавету с детства отмечали ее любовь к ближним. Как говорила впоследствии сама Елизавета Феодоровна, на нее еще в самой ранней юности имели огромное влияние жизнь и подвиги Елизаветы Тюрингенской , одной из ее предков, в честь которой она и была названа.


В 1873 году разбился насмерть на глазах у матери трехлетний брат Елизаветы Фридрих. В 1876 году в Дармштадте началась эпидемия дифтерита, заболели все дети, кроме Елизаветы. Мать просиживала ночи у постелей заболевших детей. Вскоре умерла четырехлетняя Мария, а вслед за ней заболела и умерла сама Великая герцогиня Алиса в возрасте тридцати пяти лет.


В тот год закончилась для Елизаветы пора детства. В горе она стала еще чаще и усерднее молиться. Она поняла, что жизнь на земле – это крестный путь. Она всеми силами старалась облегчить горе отца, поддержать его, утешить, а младшим своим сестрам и брату в какой-то мере заменить мать.


На двадцатом году жизни принцесса Елизавета стала невестой Великого Князя Сергея Александровича, пятого сына Императора Александра II, брата императора Александра III. Она познакомилась с будущим супругом в детстве, когда он приезжал в Германию со своей матерью, императрицей Марией Александровной, также происходившей из Гессенского дома. До этого все претенденты на ее руку получали отказ.


Вся семья сопровождала принцессу Елизавету на ее свадьбу в Россию. Вместе с ней приехала и двенадцатилетняя сестра Алиса, которая встретила здесь своего будущего супруга, цесаревича Николая Александровича.


Венчание состоялось в церкви Зимнего дворца Санкт-Петербурге. Великая Княгиня напряженно занималась русским языком, желая глубже изучить культуру и особенно веру новой своей родины.


Великая Княгиня Елизавета была ослепительно красива. В те времена говорили, что в Европе есть только две красавицы, и обе – Елизаветы: Елизавета Австрийская, супруга императора Франца–Иосифа, и Елизавета Феодоровна. Великий князь Константин Константинович Романов посвятил Елизавете Феодоровне стихотворение. Оно написано в 1884 году.


Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно:
Ты так невыразимо хороша!
О, верно, под такой наружностью прекрасной
Такая же прекрасная душа!


Какой-то кротости и грусти сокровенной
В твоих очах таится глубина;
Как ангел ты тиха, чиста и совершенна;
Как женщина, стыдлива и нежна.


Пусть на земле ничто средь зол и скорби многой
Твою не запятнает чистоту.
И всякий, увидав тебя, прославит Бога,
Создавшего такую красоту!



Большую часть года Великая Княгиня жила с супругом в их имении Ильинское (тут будет ссылка на Фонд и сайт Урюпино – раздел Окрестности Ильинское) в шестидесяти километрах от Москвы, на берегу Москвы-реки. Она любила Москву с ее старинными храмами, монастырями и патриархальным бытом. Сергей Александрович был глубоко религиозным человеком, жил по уставам Святой Церкви, строго соблюдал посты, часто посещал богослужения, ездил в монастыри. Великая Княгиня везде следовала за своим мужем и полностью выстаивала долгие церковные службы.


В православных храмах (ссылка на Урюпино – Летопись) она испытывала удивительное чувство, таинственное и благодатное, так непохожее на то, что чувствовала она в протестантской кирхе. Она видела радостное состояние Сергея Александровича после принятия им Святых Тайн Христовых, и ей самой захотелось подойти к Святой Чаше, чтобы разделить эту радость. Елизавета Феодоровна стала просить мужа достать ей книги духовного содержания, православный катехизис и толкование Писания, чтобы умом и сердцем постичь, какая же вера истинна.


В 1888 году Император Александр III поручил Сергею Александровичу быть его представителем на освящении храма святой Марии Магдалины в Гефсимании, построенного на Святой Земле в память их матери, Императрицы Марии Александровны. Сергей Александрович уже был на Святой Земле в 1881 году, когда участвовал в основании Православного Палестинского Общества и стал председателем его. Это общество собирало средства для паломников в Святую Землю, для помощи Русской Миссии в Палестине, для расширения миссионерской работы, для приобретения земель и памятников, связанных с жизнью Спасителя. Узнав о возможности посетить Святую Землю, Елизавета Феодоровна восприняла это как указание Божие и молилась о том, чтобы там, у Гроба Господня, Спаситель Сам открыл ей Свою волю.


Великий князь Сергей Александрович с супругой прибыл в Палестину в октябре 1888 года. Храм святой Марии Магдалины был построен в Гефсиманском саду у подножия Елеонской горы. Этот пятиглавый храм с золотыми куполами – и до сего дня один из красивейших храмов Иерусалима. На вершине Елеонской горы высилась огромная колокольня, прозванная "русской свечой". Увидев эту красоту и почувствовав присутствие на этом месте благодати Божией, Великая Княгиня сказала: "Как я хотела бы быть похороненной здесь". Тогда она не знала, что произнесла пророчество, которому суждено было исполниться. В дар храму святой Марии Магдалины Елизавета Феодоровна привезла драгоценные сосуды, Евангелие и воздухи.


После посещения Святой Земли Великая Княгиня Елизавета Феодоровна твердо решила перейти в православие. От этого шага ее удерживал страх причинить боль своим родным и, прежде всего, отцу. Наконец, 1 января 1891 года она написала отцу письмо о своем решении принять православную веру.


Отец не послал дочери желаемой телеграммы с благословением, а написал письмо, в котором говорил, что решение ее приносит ему боль и страдания и что он не может дать благословения.


Тогда Елизавета Феодоровна проявила мужество и, несмотря на моральные страдания, не поколебалась в решении перейти в православие.


12(25) апреля в Лазареву субботу было совершено Таинство Миропомазания Великой Княгини Елизаветы Феодоровны с оставлением ей прежнего имени, но уже в честь святой праведной Елизаветы – матери святого Иоанна Предтечи, память которой Православная церковь совершает 5(18) сентября. После Миропомазания Император Александр III благословил свою невестку драгоценной иконой Нерукотворенного Спаса, с которой Елизавета Феодоровна не расставалась всю жизнь и с ней на груди приняла мученическую кончину. Теперь она могла сказать своему супругу словами Библии: "Твой народ стал моим народом, твой Бог – моим Богом" (Руфь 1,16).


В 1891 году Император Александр III назначил Великого Князя Сергея Александровича Московским генерал-губернатором. Супруга генерал-губернатора должна была исполнять множество обязанностей: шли постоянные приемы, концерты, балы. Необходимо было улыбаться гостям, танцевать и вести беседы, независимо от настроения, состояния здоровья и желания.


После переезда в Москву Елизавета Феодоровна пережила смерть близких людей – горячо любимой невестки принцессы Александры (жены Павла Александровича) и отца. Это была пора ее духовного роста.


Жители Москвы скоро оценили милосердие Великой Княгини. Она ходила по больницам для бедных, в богадельни, в приюты для беспризорных детей. И везде старалась облегчить страдания людей: раздавала еду, одежду, деньги, улучшала условия жизни несчастных.


После смерти отца она с Сергеем Александровичем проехала по Волге с остановками в Ярославле, Ростове, Угличе. Во всех этих городах супруги молились в местных храмах.


В 1894 году, несмотря на множество возникших препятствий, наконец, состоялось решение о помолвке Великой Княгини Алисы с Наследником Российского престола Николаем Александровичем. Елизавета Феодоровна радовалась тому, что любящие друг друга люди смогут стать супругами, и ее сестра будет жить в дорогой сердцу Елизаветы России. Принцессе Алисе было двадцать два года, и Елизавета Феодоровна надеялась, что сестра, живя в России, поймет и полюбит русский народ, овладеет русским языком в совершенстве и сможет подготовиться к высокому служению Императрицы Российской.


Но все случилось по–иному. Невеста Наследника прибыла в Россию, когда Император Александр III лежал в предсмертной болезни. 20 октября 1894 года Император скончался. На следующий день принцесса Алиса перешла в православие и была наречена именем Александры. Венчание Императора Николая II и Александры Феодоровны состоялось через неделю после похорон, а весной 1896 года состоялось коронование в Москве. Торжества омрачились страшным бедствием: на Ходынском поле, где раздавались подарки, началась давка – несколько тысяч людей были ранены или задавлены. Так началось это трагическое царствование – среди панихид и погребальных песнопений.


В июле 1903 года состоялось торжественное прославление преподобного Серафима Саровского. В Саров прибыла вся Императорская Семья. Императрица Александра Феодоровна молилась преподобному о даровании ей сына. Когда через год Наследник престола родился, по желанию Императорской четы престол нижней церкви, построенной в Царском Селе, был освящен во имя преподобного Серафима Саровского. В Саров приехала и Елизавета Феодоровна с супругом. В письме из Сарова она пишет: "…Какую немощь, какие болезни мы видели, но и какую веру! Казалось, мы живем во времена земной жизни Спасителя. И как они молились, как плакали – эти бедные матери с больными детьми, – и, слава Богу, многие исцелялись. Господь сподобил нас видеть, как немая девочка заговорила, но как молилась за нее мать!"
Когда началась Русско-японская война, Елизавета Феодоровна немедленно занялась организацией помощи фронту. Одним из ее замечательных начинаний было устройство мастерских для помощи солдатам – под них были заняты все залы Кремлевского дворца, кроме Тронного. Тысячи женщин трудились за швейными машинами и рабочими столами. Огромные пожертвования поступали со всей Москвы и из провинции. Отсюда шли на фронт тюки с продовольствием, обмундированием, медикаментами и подарками для солдат.


Великая Княгиня отправляла на фронт и походные церкви с иконами и со всем необходимым для совершения богослужения. Лично от себя посылала Евангелия, иконки и молитвенники.


На свои средства Великая Княгиня сформировала несколько санитарных поездов. В Москве она устроила госпиталь для раненых, который сама постоянно посещала, создала специальные комитеты по обеспечению вдов и сирот погибших на фронте солдат и офицеров.


Однако русские войска терпели одно поражение за другим. Небывалый размах в стране приобрели террористические акты, митинги, забастовки, государственный порядок разваливался, надвигалась революция.


Сергей Александрович считал, что необходимо принять более жесткие меры по отношению к революционерам, и доложил об этом императору, сказав, что при сложившейся ситуации не может больше занимать должность генерал-губернатора Москвы. Государь принял отставку, и супруги покинули губернаторский дом, переехав временно в Нескучное.


Тем временем боевая организация эсеров приговорила великого Князя Сергея Александровича к смерти. Ее агенты следили за ним, выжидая удобного случая, чтобы совершить казнь. Елизавета Феодоровна знала, что супругу угрожает смертельная опасность. Она получала анонимные письма, где ее предупреждали, чтобы она не сопровождала своего мужа, если не хочет разделить его участи. Великая княгиня тем более старалась не оставлять его одного и, по возможности, повсюду сопровождала супруга.


5(18) февраля 1905 года Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Когда Елизавета Феодоровна прибежала к месту взрыва, там уже собралась толпа. Кто-то попытался помешать ей подойти к останкам супруга, но она своими руками собрала на носилки разбросанные взрывом куски тела мужа. После первой панихиды в Чудовом монастыре Елизавета Феодоровна возвратилась во дворец, переоделась в черное траурное платье и начала писать телеграммы, и прежде всего – сестре Александре Феодоровне, прося ее не приезжать на похороны, т.к. террористы могли использовать этот случай для покушения на императорскую чету.


Великая княгиня несколько раз справлялась о состоянии раненого кучера Сергея Александровича. Ей сказали, что положение кучера безнадежно, и он может скоро умереть. Чтобы не огорчать умирающего, Елизавета Феодоровна сняла с себя траурное платье, надела то же самое голубое, в котором была до этого, и поехала в госпиталь. Там, склонившись над постелью умирающего, она уловила его вопрос о Сергее Александровиче и, чтобы успокоить его, княгиня пересилила себя, улыбнулась ему ласково и сказала: "Он направил меня к Вам". И успокоенный ее словами, думая, что Сергей Александрович жив, преданный кучер Ефим скончался в ту же ночь.
На третий день после смерти мужа Елизавета Феодоровна поехала в тюрьму, где содержался убийца. Он сказал: &quoquot;Я не хотел убивать Вас, я видел его несколько раз в то время, когда имел бомбу наготове, но Вы были с ним, и я не решился его тронуть". – "И Вы не сообразили того, что Вы убили меня вместе с ним?" – ответила она. Далее она сказала, что принесла ему прощение от Сергея Александровича и просила убийцу покаяться. В руках она держала Евангелие и просила почитать его, но он отказался. Все же Елизавета Феодоровна оставила в камере Евангелие и маленькую иконку, надеясь на чудо. Выходя из тюрьмы, она сказала: "Моя попытка оказалась безрезультатной, хотя, кто знает, возможно, что в последнюю минуту он сознает свой грех и раскается в нем". После этого великая княгиня просила императора Николая II о помиловании убийцы, но это прошение было отклонено.


Из великих князей на погребении присутствовали только Константин Константинович и Павел Александрович. Погребли Сергея Александровича в маленькой церкви Чудова монастыря, где ежедневно в течение сорока дней совершались заупокойные панихиды; Великая Княгиня присутствовала на каждой службе и часто приходила сюда ночью, молясь о новопреставленном. Здесь она почувствовала благодатную помощь от святых мощей святителя Алексия, митрополита Московского, которого с тех пор особо почитала. Великая Княгиня носила серебряный крестик с частицей мощей святителя Алексия. Она считала, что святой Алексий вложил в ее сердце желание посвятить Богу свою оставшуюся жизнь.


На месте убийства мужа Елизавета Феодоровна воздвигла памятник – крест, сделанный по проекту художника Васнецова. На памятнике были написаны слова Спасителя, сказанные Им на Кресте: "Отче, отпусти им, не ведят бо что творят" (Лк. 23; 34).


С момента Кончины супруга Елизавета Феодоровна не снимала траур, стала держать строгий пост, много молилась. Ее спальня в Николаевском дворце стала напоминать монашескую келью. Вся роскошная мебель была вынесена, стены перекрашены в белый цвет, на них находились только иконы и картины духовного содержания. Ни на каких светских приемах она не появлялась. Бывала только в храме на бракосочетаниях или крестинах родственников и друзей и сразу уходила домой или по делам. Теперь ее ничто не связывало со светской жизнью.


Она собрала все свои драгоценности, часть отдала в казну, часть – родственникам, а остальное решила употребить на постройку обители Милосердия. На Большой Ордынке в Москве Елизавета Феодоровна приобрела усадьбу с четырьмя домами и садом. В самом большом, двухэтажном доме расположились трапезная для сестер, кухня, кладовая и другие хозяйственные помещения, во втором – церковь и больница, рядом – аптека и амбулатория для приходящих больных, в четвертом доме находилась квартира для священника – духовника обители, классы школы для девочек приюта и библиотека.


Елизавета Феодоровна долго трудилась над составлением Устава обители. Она хотела возродить в ней древний институт диаконисс, существовавший в первые века христианства. Диакониссами в те времена могли быть вдовы или немолодые девы. Главными их обязанностями были: наблюдение за женщинами, вступающими в Церковь, обучение их основам веры, помощь при совершении Таинства Крещения, а также забота о бедных и больных. Во время гонений на христианство диакониссы служили мученикам и мученицам в темницах.


Архиепископ Анастасий, лично знавший Елизавету Феодоровну, вспоминает: "Одно время она серьезно думала о возрождении древнего института диаконисс, в чем ее поддержал митрополит Московский Владимир (Богоявленский, новомученик Российский.)". Но против этого выступил епископ Саратовский Гермоген (после революции он мученически окончил свою жизнь в Тобольске).


Елизавета Феодоровна отказалась от своей идеи, не пожелала воспользоваться своим высоким положением, чтобы обойти установленные правила, и пренебречь мнением церковной власти. Случалось, что Великую Княгиню несправедливо обвиняли в протестантских тенденциях, в чем впоследствии раскаивались.


Елизавета Феодоровна продолжала трудиться над составлением Устава обители. Ездила несколько раз в Зосимову пустынь, где обсуждала проект со старцами; писала в разные монастыри и духовные библиотеки мира, изучала уставы древ – них монастырей. Счастливый случай, посланный Промыслом Божиим, помог ей в этих трудах.


В 1906 году Великая Княгиня прочитала книгу "Дневник полкового священника, служившего –на Дальнем Востоке во весь период минувшей Русско-японской войны", написанную священником Митрофаном Серебрянским. Она пожелала познакомиться с автором и вызвала его в Москву. В результате их встреч и бесед появился проект Устава будущей обители, подготовленный отцом Митрофаном, который Елизавета Феодоровна приняла за основу.


Для совершения богослужений и духовного окормления сестер согласно проекту Устава нужен был священник женатый, но который жил бы со своей матушкой как брат с сестрой и постоянно находился бы на территории обители. Елизавета Феодоровна в письмах и при личных встречах просила отца Митрофана стать духовником будущей обители, так как он соответствовал всем требованиям Устава.


Детей у супругов не было, они по обоюдному согласию решили хранить целомудрие в браке. Отец Митрофан говорил, что это труднейший подвиг – иметь благословение жить с любимой супругой, но отсекать похоть. Только Божией милостью это возможно.


С 1896 года отец Митрофан служил полковым священником при 51 драгунском Черниговском полке, стоявшем в Орле. Вместе с полком отец Митрофан отправился на Русско-японскую войну, где находился в зоне боевых действий под Ляояном и Мукденом с 1904 по 1906 годы. После окончания войны он вернулся в родной Орел и стал настоятелем приходской церкви. Его очень любили в Орле, как истинного и духовно опытного пастыря. После службы часами шел к нему народ за советом, наставлением, со всеми трудностями и вопросами. Он вспоминал, что редко удавалось ему уйти из церкви ранее пяти часов вечера.


После беседы с Великой Княгиней о. Митрофан сказал, что согласен переехать в Москву и служить в новой обители. Но, возвращаясь домой, он думал о том, сколько слез ждет его там, сколько прихожан будут опечалены уходом любимого духовного отца. И он решил отказаться от переезда в Москву, хотя сам впоследствии говорил, что просьба Великой Княгини – это почти что приказ.


Когда перед отъездом в Орел он остановился на ночлег в подмосковном доме, то долго размышлял и твердо решил послать телеграмму с отказом от предложения Елизаветы Феодоровны. И вдруг почти сразу пальцы на руке стали неметь и рука отнялась. Отец Митрофан пришел в ужас от того, что теперь не сможет служить в церкви, и понял совершившееся как вразумление. Он стал горячо молиться и обещал Богу, что даст согласие на переезд в Москву – и через два часа рука снова стала действовать.
Когда о. Митрофан объявил в приходе о своем отъезде, все плакали, начались просьбы, письма, ходатайства к церковным властям. Шли месяцы, уехать из Орла никак не удавалось, и отец Митрофан почувствовал, что он не в силах этого сделать. И тогда рука снова отнялась. Сразу же после этого отец Митрофан поехал в Москву, пришел к Иверской часовне и со слезами молился перед Иверской иконой Божией Матери, обещал переехать в Москву – только бы исцелилась рука. И после того, как он приложился к иконе, пальцы больной руки стали двигаться. Тогда он пошел к Елизавете Феодоровне и радостно возвестил, что твердо решил приехать и быть духовником обители.


Несколько раз пришлось Великой Княгине переделывать Устав своей обители, чтобы удовлетворить все требования и поправки Святейшего Синода. Император Николай II своим Высочайшим Указом помог преодолеть сопротивление Синода созданию обители.


10 февраля 1909 года Великая Княгиня сняла траурное платье, облачилась в одеяние крестовой сестры любви и милосердия и, собрав семнадцать сестер основанной ею обители, сказала: "Я оставляю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир – в мир бедных и страдающих".


Поговорив с ним лишь несколько минут, видишь – это скромный, чистый, Божий человек, Божий слуга в нашей Церкви".


В основу Марфо-Мариинской обители Милосердия был положен устав монастырского общежития. 9(22) апреля 1910 года в церкви святых Марфы и Марии епископ Трифон (Туркестанов) посвятил в звание крестовых сестер любви и милосердия семнадцать сестер обители во главе с Великой Княгиней Елизаветой Феодоровной. Во время торжественной службы епископ Трифон, обращаясь к уже облаченной в одеяние крестовой сестры милосердия Великой Княгине, сказал пророческие слова: "Эта одежда скроет Вас от мира, и мир будет скрыт от Вас, но она в то же время будет свидетельницей Вашей благотворной деятельности, которая воссияет пред Господом во славу Его".


В Марфо-Мариинской обители Великая Княгиня вела жизнь подвижницы. Спала на деревянных досках без матраса. Об этом рассказала в своих воспоминаниях подвижница Марфо-Мариинской обители монахиня Любовь (в миру Евфросиния).


Привыкшая с детства к труду, Великая Княгиня все делала сама и лично для себя не требовала никаких услуг от сестер. Она участвовала во всех делах обители, как рядовая сестра, всегда подавая пример остальным. Как-то к настоятельнице подошла одна из послушниц с просьбой послать кого-нибудь из сестер перебирать картошку, так как никто не хочет помочь. Великая Княгиня, не сказав никому ни слова, пошла сама. Увидев настоятельницу, перебирающую картошку, устыженные сестры прибежали и принялись за дело.


Великая Княгиня строго соблюдала посты, вкушая только растительную пищу. Утром вставала на молитву, после чего распределяла послушания сестрам, работала в клинике, принимала посетителей, разбирала прошения и письма.


Вечером был обход больных, заканчивавшийся далеко за полночь. Ночью настоятельница молилась в молельне или церкви, ее сон редко продолжался более трех часов. Когда больной метался и нуждался в помощи, она просиживала у его постели до рассвета. В больнице Елизавета Феодоровна брала на себя самую ответственную работу: ассистировала при операциях, делала перевязки, утешала больных и всеми силами стремилась облегчить их страдания. Они говорили, что от Великой Княгини исходила целебная сила, которая помогала им переносить боль и соглашаться на тяжелые операции.


В качестве главного средства от недугов настоятельница всегда предлагала исповедь и причастие. Еще она говорила: "Безнравственно утешать умирающих ложной надеждой на выздоровление, лучше помочь им по-христиански перейти в вечность".


Сестер обители обучали основам медицины. Главной их задачей было посещение больных и бедных, забота о брошенных детях, оказание им медицинской, моральной и материальной помощи.


В больнице обители работали лучшие специалисты Москвы. Все операции проводились бесплатно. Здесь исцелялись те, от кого отказывались другие врачи. Исцеленные пациенты плакали, отходя из Марфо-Мариинской больницы, расставаясь с "Великой Матушкой", как они называли настоятельницу. При обители работала воскресная школа для работниц фабрики. Любой желающий мог пользоваться фондами прекрасной библиотеки. Действовала бесплатная столовая для бедных. В обители был создан приют для девочек – сирот. К Рождеству устраивали большую елку для бедных детей, дарили им игрушки, сладости, теплую одежду, которую шили сами сестры.


Настоятельница обители считала, что главное дело сестер не работа в больнице, а помощь бедным и нуждающимся. Обитель получала до двенадцати тысяч прошений в год. О чем только ни просили: устроить на лечение, найти работу, присмотреть за детьми, ухаживать за лежачими больными, отправить на учебу за границу.


Великая Княгиня находила возможности помочь духовенству, давала средства на нужды бедных сельских приходов, которые не могли отремонтировать храм или построить новый. Она помогала материально священникам-миссионерам, трудившимся среди язычников Крайнего Севера или инородцев окраин России, ободряла и укрепляла их.


Одним из главных мест бедности, которому Великая Княгиня уделяла особое внимание, был Хитров рынок. Елизавета Феодоровна в сопровождении своей келейницы Варвары Яковлевой или сестры обители княжны Марии Оболенской, неутомимо переходя от одного притона к другому, собирала сирот и уговаривала родителей отдать ей на воспитание детей. Все население Хитрова уважало ее, называя "сестрой Елизаветой" или "Матушкой". Полиция постоянно предупреждала ее, что не в состоянии гарантировать ей безопасность. В ответ на это Великая Княгиня всегда благодарила полицию за заботу и говорила, что ее жизнь не в их руках, а в руках Божиих. Она старалась спасать детей Хитровки. Ее не пугали нечистота, брань, вид людей, потерявших человеческий облик. Она говорила: "Подобие Божие может быть иногда затемнено, но оно никогда не может быть уничтожено".


Мальчиков, вырванных из Хитровки, она устраивала в общежития. Из одной группы таких недавних оборванцев образовалась артель исполнительных посыльных Москвы. Девочек устраивали в закрытые учебные заведения или приюты, где также следили за их здоровьем и духовным ростом.


Елизавета Феодоровна создавала дома призрения для сирот, инвалидов, тяжело больных, находила время для посещения их, постоянно поддерживала материально, привозила подарки.


Великой Княгине была присуща исконно русская любовь к паломничеству. Не раз ездила она в Саров и там с радостью спешила в храм, чтобы помолиться у раки преподобного Серафима. Ездила во Псков, в Киев, в Оптину пустынь, в Зосимову пустынь, была в Соловецком монастыре. Посещала и самые маленькие монастыри в захолустных и отдаленных местах России. Присутствовала на всех духовных торжествах, связанных с открытием или перенесением мощей угодников Божиих. Больным паломникам, ожидавшим исцеления от новопрославляемых святых, Великая Княгиня тайно помогала, ухаживала за ними. В 1914 году она посетила монастырь в Алапаевске – городе, которому суждено было стать местом ее заточения и мученической смерти.


Она помогала русским паломникам, отправлявшимся в Иерусалим. Через общества, организованные ею, покрывалась стоимость билетов паломников, плывущих из Одессы в Яффу. Построила также большую гостиницу в Иерусалиме. Еще одно славное деяние Великой Княгини – постройка русского православного храма в Италии, в городе Бари, где покоятся мощи святителя Николая Мирликийского. В 1914 году был освящен нижний храм в честь святителя Николая и странноприимный дом.


Господь наградил ее даром духовного рассуждения и пророчества. Отец Митрофан Серебрянский рассказывал, что незадолго до революции ему приснился явно пророческий, сон, но он не знал как его истолковать. Сон был цветным – зрелище величественное и страшное.


Взволнованный этим сном, отец Митрофан рассказал о нем великой княгине рано утром, еще до начала Литургии. Елизавета Феодоровна сказала, что ей понятен сон. Это означает, что в России скоро будет революция, начнется гонение на Церковь Русскую и за грехи наши, за неверие страна наша встанет на грань погибели, что сестра Елизаветы Феодоровны и вся Царская Семья примут мученическую кончину, что после того Россию ожидают большие бедствия, но по молитвам преподобного Серафима и других святых и праведников земли Российской и заступничеством Божией Матери страна и народ наш будут помилованы.


Дар духовного рассуждения особенно проявился в ее отношении к Распутину. Она много раз умоляла свою сестру–Императрицу не доверяться ему и не ставить себя в зависимое положение от него.


Весной 1917 года к ней приехал шведский министр по поручению кайзера Вильгельма и предложил ей помощь в выезде за границу. Елизавета Феодоровна категорически отказалась. Некоторое время в обители находилась чудотворная икона Божией Матери Державная, обретенная в подмосковном селе Коломенском в день отречения Императора Николая II от престола. Перед иконой совершались соборные моления.


В апреле 1918 года на третий день Пасхи, в день празднования Иверской иконы Божией Матери, Елизавету Феодоровну арестовали и немедленно вывезли из Москвы. Это произошло в тот день, когда Святейший Патриарх Тихон посетил Марфо-Мариинскую обитель, где служил Божественную Литургию и молебен. После службы Патриарх до четырех часов дня находился в обители и беседовал с настоятельницей и сестрами. Это было последнее благословение и напутствие главы Русской Православной Церкви Елизавете Феодоровне перед крестным путем на Голгофу.


С Великой Княгиней поехали две сестры – Варвара Яковлева и Екатерина Янышева. Перед тем, как сесть в машину, настоятельница осенила всех крестным знамением.
Узнав о случившемся, Патриарх Тихон пытался через различные организации, с которыми считалась новая власть, добиться освобождения Великой Княгини. Но старания его оказались тщетными. Все члены Императорского Дома были обречены.


Помните, мои родные все, что я вам говорила. Сплотитесь и будьте, как одна душа. Молитесь за меня, грешную, чтобы я была достойна вернуться к моим деткам и усовершенствовалась для вас, чтобы мы все думали, как приготовиться к вечной жизни.


Последние месяцы своей жизни Великая Княгиня провела в заключении в школе на окраине города Алапаевска вместе с Великим Князем Сергеем Михайловичем (младшим сыном Великого Князя Михаила Николаевича, брата императора Александра II), его секретарем – Феодором Михайловичем Ремезом, тремя братьями – Иоанном, Константином и Игорем (сыновьями Великого Князя Константина Константиновича) и князем Владимиром Палеем (сыном великого Князя Павла Александровича). Конец был близок. Матушка-настоятельница готовилась к этому исходу, посвящая все время молитве.


Сестер, сопровождавших свою настоятельницу, привезли в Областной совет и предложили им идти на свободу. Обе умоляли вернуть их к великой княгине. Тогда чекисты стали пугать их пытками и мучениями, которые предстоят всем, кто останется с ней. Варвара Яковлева сказала, что готова дать подписку даже своей кровью, что желает разделить судьбу великой княгини. Так крестовая сестра Марфо-Мариинской обители Варвара Яковлева сделала свой выбор и присоединилась к узникам, ожидавшим решения своей участи.


Глубокой ночью 5(18) июля, в день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, великую княгиню Елизавету Феодоровну вместе с другими членами Императорского Дома бросили в шахту старого рудника. Когда озверевшие палачи сталкивали великую княгиню в черную яму, она повторяла молитву, произнесенную распятым на Кресте Спасителем мира: "Господи, прости им, ибо не знают, что делают" (Лк. 23; 34). Затем чекисты начали бросать в шахту ручные гранаты. Один из крестьян, бывший свидетелем убийства говорил, что из глубины шахты слышались звуки Херувимской, которую пели страдальцы перед переходом в вечность.


Елизавета Феодоровна упала не на дно шахты, а на выступ, который находился на глубине 15 метров. Рядом с ней нашли тело Иоанна Константиновича с перевязанной головой. С тяжелейшими переломами и ушибами она и здесь стремилась облегчить страдания ближнего. Пальцы правой руки великой княгини и инокини Варвары оказались сложенными для крестного знамения. Скончались они в страшных мучениях от жажды, голода и ран.


Останки настоятельницы Марфо-Мариинской обители и ее верной келейницы Варвары в 1921 году были перевезены в Иерусалим и положены в усыпальнице храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании.


Долгим и тяжелым был этот путь. 18(31) октября 1918 г. тела страдальцев положили в деревянные гробы и поставили в кладбищенской церкви Алапаевска, где совершалось постоянное чтение псалтири и служились панихиды. На следующий день гробы перенесли в Свято-Троицкий собор, отслужили заупокойную Литургию, а вслед за ней – отпевание. Гробы были поставлены в склепе собора, с правой стороны от алтаря.


Но недолго покоились здесь их тела. Красная армия наступала, и необходимо было перевезти их в более безопасное место. Занялся этим отец Серафим, игумен Алексеевского скита Пермской епархии, друг и духовник Великой Княгини.


Сразу после октябрьской революции о. Серафим был в Москве, имел беседу с великой княгиней и приглашал ее поехать с ним в Алапаевск, где, по его словам, были надежные люди в скитах, которые сумеют укрыть и сохранить Великую Княгиню. Елизавета Феодоровна отказалась скрываться, но добавила в конце беседы: "Если меня убьют, то прошу вас, похороните меня по-христиански". Слова эти оказались пророческими.


Игумен Серафим получил разрешение от адмирала Колчака перевезти тела. Атаман Семенов выделил для этого вагон и дал пропуск. И 1(14) июля 1919 г. восемь алапаевских гробов направились к Чите. В помощники себе о. Серафим взял двух послушников – Максима Канунникова и Серафима Гневашева.


В Чите гробы привезли в Покровский женский монастырь, где монахини обмыли тела страстотерпцев и облачили Великую Княгиню и инокиню Варвару в монашеское одеяние. Отец Серафим с послушниками сняли доски пола в одной из келий, выкопали там могилу и поставили все восемь гробов, засыпав их небольшим слоем земли. В этой келье остался жить и охранять тела страдальцев сам о. Серафим.


В Чите гробы страдальцев пробыли шесть месяцев. Но Красная армия снова наступала, и останки новомучеников необходимо было увозить уже за пределы России. 26 февраля (11 марта) начался этот путь, при полном расстройстве железнодорожного транспорта. Вагон передвигался вместе с фронтом: пройдет вперед верст 25, а потом откатится верст на 15. Благодаря пропуску вагон постоянно отцепляли и прицепляли к разным поездам, направляя к китайской границе. Наступило лето, из щелей гробов постоянно сочилась жидкость, распространяя ужасный смрад. Когда поезд останавливался, сопровождавшие собирали траву и вытирали ею гробы. Жидкость, вытекавшая из гроба великой княгини, как вспоминает о. Серафим, благоухала, и они бережно собирали ее как святыню в бутылочку.


У самой границы Китая на состав напал отряд красных партизан, которые пытались выбросить из вагона гробы с телами. Подоспевшие китайские солдаты отогнали нападавших и сохранили тела страдальцев от уничтожения.


Когда состав прибыл в Харбин тела всех алапаевских страдальцев были в состоянии полного разложения, кроме тел великой княгини и инокини Варвары. Князь Н. А. Кудашев, вызванный в Харбин для опознания убитых и составления протокола, вспоминает: "Великая княгиня лежала, как живая, и совсем не изменилась с того дня, как я перед отъездом в Пекин прощался с нею в Москве, только на одной стороне лица был большой кровоподтек от удара при падении в шахту.


Я заказал для них настоящие гробы и присутствовал на похоронах. Зная, что Великая Княгиня всегда выражала желание быть погребенной в Гефсимании в Иерусалиме, я решил исполнить ее волю – послал прах ее и ее верной послушницы в Святую Землю, попросив монаха проводить их до места последнего упокоения и тем самым закончить начатый подвиг".


В апреле 1920 г. гробы страдальцев прибыли в Пекин, где их встретил начальник Русской Духовной Миссии архиепископ Иннокентий. После заупокойной службы они были временно помещены в одном из склепов на кладбище Миссии и сразу же началось устройство нового склепа при Свято-Серафимовском храме.


Гробы с телами великой княгини и инокини Варвары, сопровождаемые игуменом Серафимом и обоими послушниками, снова отправились в путь, на этот раз из Пекина в Тянцзин, затем пароходом в Шанхай. Из Шанхая – в Порт-Саид, куда прибыли в январе 1921 года. Из Порт-Саида гробы в специальном вагоне отправили в Иерусалим, где их встретило русское и греческое духовенство, многочисленные паломники, которых революция 1917 года застала в Иерусалиме.


Погребение тел новомучениц совершил Патриарх Дамиан в сослужении многочисленного духовенства. Их гробы были помещены в усыпальнице под нижними сводами храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании.


Когда открыли гроб с телом великой княгини, то помещение наполнилось благоуханием. По словам архимандрита Антония (Граббе), чувствовался "сильный запах как бы меда и жасмина". Мощи ново– мучениц оказались частично нетленными.


Патриарх Иерусалимский Диодор благословил совершить торжественное перенесение мощей новомучениц из усыпальницы, где они до этого находились, в самый храм святой Марии Магдалины, в 1921 году.


2 мая 1982 года – в праздник святых жен-мироносиц за богослужением употреблялись святой потир, Евангелие и воздухи, преподнесенные храму великой княгиней Елизаветой Феодоровной, когда она была здесь в 1886 году на освещении храма.


В 1992 году Архиерейский Собор Русской Православной Церкви причислил к лику святых новомучеников России преподобномучениц великую княгиню Елизавету и инокиню Варвару, установив празднование им в день их кончины 5(18) июля.


* * *


Народный голос не случайно еще при жизни нарек Великую Княгиню святой, ибо она была живой свидетельницей вечности в нашем мире, в нашей земной Отчизне. Она перешла в православие в Лазареву субботу – и это пророчески указывало на ее последующий путь.


Все мы помним, что вслед за Лазаревой субботой следует Вход Господа в Иерусалим и начинается Страстная неделя. Так и в жизни Елизаветы Феодоровны вместе со скорбями и утратами была и великая радость – создание обители Милосердия – дома Лазаря, была всеобщая любовь народа, которому она служила. Но вслед за тем последовали Страстная неделя и Голгофа. Она приняла Голгофу с молитвой о своих распинателях, до последнего мгновения исполняя то, что заповедал Сам Господь.
Вспомним, что в последнем своем письме сестрам Марфо-Мариинской обители настоятельница молится о своих "детках" преподобной Евфросинии Полоцкой, мощи которой некогда находились в Иерусалиме. Не случайно обращается настоятельница к первой "русской матушке", ибо она стала достойной продолжательницей подвига духовного материнства, завещанного преподобной. Мощи преподобной Евфросинии Полоцкой почивали в Иерусалиме и были увезены в Россию, а через семь с половиной столетий останки преподобномученицы Великой Княгини Елизаветы, вывезенные из России, упокоились на Святой Земле. Ныне почивают они в храме святой мироносицы Марии Магдалины, венчающем гору Елеонскую, откуда воскресший Христос вознесся во славе, чтобы воссесть одесную Бога Отца. Храм этот и мощи святых Елизаветы и Варвары духовно соединяют Святую Землю с Русской землей.


И если когда-нибудь воскреснет свободная православная Россия – Держава Божией Матери, то святые мощи великой настоятельницы обители в честь святых жен мироносиц Марфы и Марии, быть может, перенесут (как некогда мощи преподобной Евфросинии Полоцкой) в страну, за которую отдала она свою жизнь. Тогда усыпальница, приготовленная Великой Княгиней для себя в Марфо- Мариинской обители примет уже прославленную во святых настоятельницу под покров Самой Пречистой Матери Господа. И, может быть, мы доживем до того момента, когда в основанной ею обители будет стоять храм во имя святой преподобномученицы Елисаветы.


Крестовая сестра Марфо-Мариинской обители Милосердия Варвара Яковлева одной из первых пошла по стопам Великой Княгини и стала служить ближним в основанной Елизаветой Феодоровной обители. Она была келейницей настоятельницы и одной из самых близких ей сестер. Но она не гордилась этим, оставаясь ласковой и доступной для всех. Близкие Елизаветы Феодоровны хорошо знали ее и называли Варей.


Откуда и из какой среды пришла в обитель сестра Варвара – нам неизвестно. За своей матушкой-настоятельницей она добровольно пошла на страдание и смерть, исполнив завет Господа: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин. 15; 13). Все алапаевские узники знали, что их ожидает в недалеком будущем. Они сознательно готовились к смерти и молили Господа укрепить их в исповедническом подвиге. Преподобномученица инокиня Варвара совершила свой подвиг в возрасте тридцати пяти лет.


Необходимо сказать несколько слов и о дальнейшей судьбе отца Митрофана Серебрянского, достойно разделившего духовный подвиг Великой Матушки в основанной ею обители.


С арестом настоятельницы обитель практически прекратила свою благотворительную деятельность, хотя просуществовала еще семь лет. Отец Митрофан продолжал духовно окормлять сестер вплоть до закрытия обители.


Святейший Патриарх Тихон, который неоднократно служил в Марфо-Мариинской обители, в один из своих приездов постриг отца Митрофана в монашество с именем Сергий, и его матушку Ольгу – с именем Елисавета.


В 1926 году отца Митрофана арестовали и сослали в Сибирь, затем последовали годы заключения в ГУЛАГе. Шестнадцать лет провел он в тюрьмах и лагерях. Последним местом ссылки было село Владычное Тверской области.


Его любимая матушка до конца была с ним. В ссылке ее разбил паралич, и отец Митрофан заботливо ухаживал за ней. Жили они в крошечной избушке с тремя оконцами, под соломенной крышей. Приходили к ним помогать две женщины. Там почитали его как святого.


Скончался он 5 апреля 1948 года от крупозного воспаления легких. Похоронили его там же, во Владычном. Когда через два года в ту же могилу опускали гроб с телом матушки, крышка гроба, в котором покоились останки отца Митрофана, сдвинулась – тело его оказалось нетленным. Местное почитание отца Митрофана началось вскоре после его кончины. В Тверской епархии собираются материалы для прославления его в лике святых новомучеников и исповедников Российских.


по материалам Н.Г. Калининой (директор музея Ильинское)

Мощи прмц. Елисаветы Матушка Елисавета у мощей прмц. Елисаветы Храм Марии Магдалины